На пороге новой холодной войны?


Призрак холодной войны бродит по Европе, и уже четко нарисовались три «врага демократии» — это Россия, Иран и Китай.

Несколько лет назад европейские политики клятвенно обещали разобраться с Россией с помощью немецких танков в степях Украины прямо на поле боя. Но так до сих и не разобрались, а немецкие танки у ВСУ за это время успели закончиться. Российские войска, хоть и не так быстро, но зато уверенно продвигаются вперед, освобождая всё новые населенные пункты на территории левобережной Украины.

Еще одним направлением, где Запад пытается «разобраться» с неугодными ему режимами, является Иран. Несмотря на заявления западных политиков и красивые видеокадры, результат атаки летом 2025 года по Ирану оказался не настолько эффективным, как это пытались представить официальный Вашингтон и западные СМИ. Ядерная программа Тегерана не была свернута в результате ударов, власть Ирана не капитулировала, а, по данным экспертов, иранцам даже удалось заполучить неразорвавшийся экземпляр американской противобункерной бомбы и ракеты «Томагавк». Что, конечно же, сильно поможет Ирану в разработке собственного высокотехнологического оружия. И добавит головной боли Израилю.

Напрямую воевать с Китаем США пока опасаются, предпочитая действовать в сфере экономики и торговли. Но все экономические меры, которые президент США Дональд Трамп вводил против Китая в попытках сдержать его развитие, не дали нужного американцам результата. По крайней мере, пока. Но при этом подтолкнули в объятья Китая Канаду, которую Трамп почему-то тоже решил экономически пошантажировать.

Отдельно стоит упомянуть операцию по похищению президента Венесуэлы Николаса Мадуро. Но и тут эффект в большей степени медийный.

Перед Западом, прежде всего перед США, стоит вопрос — что делать? Какую выбрать стратегию для того, чтобы в дальнейшем оставаться гегемоном?

В последнем номере американского политического журнала Foreign Affairs, который является рупором глобалистского Совета по внешним отношениям, вышла передовица «The Weakness of the Strongmen» («Слабость сильных лидеров»). Автором ее является эксперт по России Стивен Коткин. На страницах издания Коткин размышляет, каким образом Запад может удержать свое доминирование. Коткин — профессор истории и директор отдела российских исследований Принстонского университета. Он известен как один из крупнейших американских специалистов по истории России.

В статье автор сетует на то, что старые понятия времен холодной войны, как, например, противостояние демократических и тоталитарных режимов, сейчас уже не работают. Коварные геополитические противники США — сплошь тоталитарные режимы — сумели обзавестись такими же демократическими институтами, что и так называемые демократии.

Парламенты, выборы, многопартийные системы — все это было взято на вооружение и внедрено Китаем, Россией, Ираном и даже Северной Кореей. В результате политическая идентификация «свой — чужой» стала весьма запутанной.

Чтобы вернуть ясность, Коткин предлагает обновить эти понятия, вернув в оборот старый политический термин «авторитарные режимы», наполнив его новым содержанием.

Он констатирует, что имеющийся политический инструментарий не позволяет США эффективно отстаивать лидерство в противостоянии с этими странами. Профессор предлагает рассмотреть понятие авторитаризма под новым, практическим углом зрения.

В своей работе Коткин выделяет пять важных особенностей современных авторитарных режимов.

Прежде всего, это их сильная взаимосвязь с силовыми службами. По мнению Коткина, политическая власть в Китае, России и Иране в основном опирается именно на них, но при этом одновременно не доверяет им и боится потерять контроль над ними. Поэтому силовые структуры при авторитаризме специально создают так, чтоб борьба между ними за влияние и власть была вечной и непримиримой. При этом авторитарный лидер выступает арбитром между вечно противоборствующими силовиками. Это и позволяет ему удерживать власть. Раньше это называлось византийской системой.

Кроме того, новые авторитарные режимы, по мнению Коткина, обращают особое внимание на демонстрацию всеобщего единства и одобрения действий властей внутри страны. Они считают необходимым требовать от своих силовиков и чиновников постоянного публичного выражения лояльности власти, что вызывает у силовиков естественное раздражение. И это, считает Коткин, становится одной из слабых сторон политической системы, по которой и нужно целенаправленно наносить удары. Рано или поздно, считает автор, это будет способствовать дестабилизации всей системы.

Особое внимание он предлагает уделить подогреву недовольства чиновников. Лозунг «внешне сильный, внутренне хрупкий» — должен стать девизом внешней политической и информационной кампании воздействия на Китай, Россию и Иран.

Важнейшим фактором существования таких режимов Коткин считает наличие внешнего финансирования за счет продажи внутренних ресурсов. То есть основные финансовые поступления государство получает не за счет сбора прямых налогов со своего населения, а за счет экспорта своих природных богатств. Для России и Ирана такими ресурсами выступают углеводороды. Пресловутая «нефтяная игла». В случае Китая Коткин выводит во главу угла промышленное производство, ориентированное на экспорт, как основной источник финансирования коммунистического режима. В чем тут принципиальная разница, например, с Германией или Японией, чья экономика тоже сильно ориентирована на экспорт, Коткин не объясняет. Да и зачем?

Чтобы лишить Москву и Тегеран экспортной выручки, рупор глобалистов предлагает использовать старые добрые способы: вводить новые санкции и побольше, а также прибегнуть к пиратству. Причем последнее Коткин призывает использовать как в прямом смысле слова — захват танкеров «теневого флота», так и в виде кибердиверсий на различных нефте- и трубопроводах.

С Пекином схема, предложенная Коткиным, чуть сложнее — торговая война посредством введения все новых и новых пошлин.

Главная цель: удушить автократии экономическими методами, а для этого перекрыть или заметно снизить поступления валюты правительствам Китая, России и Ирана, что может вызвать экономическую нестабильность внутри стран, которую уже легко перевести в нестабильность политическую. И недавние иранские протесты — наглядный пример того, как это работает.

Еще одной важной составляющей для будущей победы Запада над «авторитарными режимами» является идеологическое, историческое направление. Коткин особо выделяет, что в борьбе с Китаем, Россией и Ираном необходимо победить в интерпретации истории этих стран в отношениях с Западом.

Так, западной пропаганде необходимо сконцентрировать усилия на отрицательных моментах тех периодов истории, которыми гордятся эти страны. К примеру, Коткин рекомендует западной пропаганде сконцентрироваться на жестокости политики китайской компартии во время гражданской войны и культурной революции, вместо обсуждения исторических и идеологических споров вокруг роли западных стран в опиумных войнах середины XIX века.

Серьезной проблемой на пути реализации этого подхода, с точки зрения автора, становится то, что западные страны в последние десятилетия утрачивают лидерство в информационной среде. Так, примером может служить соцсеть TikTok, основные алгоритмы работы которой находятся под контролем КНР. Но при этом она служит источником новостей для большей части американских граждан младше 30 лет.

Очевидно, рекомендация Коткина в равной степени может быть применена и против самих США. Если же в ответ на это власти США начнут вводить жесткую цензуру или вообще запрещать «чужие» соцсети и СМИ, то есть действовать по образу авторитарных режимов, то исходная задача — формулировка простых и ясных критериев различения «свой — чужой» вновь встанет в полный рост.

Что служит еще одним доказательством того, что сохранить лавры гегемона и при этом не уподобиться своим авторитарным противникам Западу будет ой как не просто. Если вообще возможно.

Другой важной особенностью рассматриваемых «авторитарных режимов» является большое влияние государства на социальную жизнь населения, считает автор. Образование, работа, места отдыха, жилье так или иначе находятся под более жестким или более мягким контролем авторитарных властей.

Для ослабления позиций государства в социальной сфере Китая, России и Ирана Коткин призывает к развитию в этих странах частного сектора, который не был бы связан с государством. По мнению автора, развитие частного сектора приведет к появлению прослойки населения, которая не будет теснейшим образом зависеть от властей.

Впрочем, как именно это сделать, автор не объясняет.

Он отмечает, что современный комплекс международных отношений способствует развитию авторитарных режимов. На примере Китая и России Коткин показывает, что их экономический подъем и политический вес не могли бы достичь таких серьезных значений без активной помощи и участия самого Запада.

Перенос высокотехнологичных предприятий из Европы и США в Китай привели не только к тому, что Китай начал зависеть от последних разработок Запада, но и к зависимости Запада от китайского производства. Причем уже непонятно, кто от кого сейчас сильнее зависит. Сходная ситуация сложилась и с дешевыми энергоресурсами из России. Серьезная доля производства, например, той же Германии, оказалась сильно зависимой от низких цен на энергоресурсы, поставляемые Россией. Подобные зависимости «демократических стран» от «авторитарных режимов» автор требует преодолеть. Опять-таки, не объясняя, как именно это сделать. И игнорируя то, что в такой зависимости сильно заинтересован восхваляемый им частный сектор (в данном случае американский), который извлекает из этой зависимости значительные прибыли.

Далее Коткин предлагает вновь сделать ставку на использование мягкой силы. Доверие и привлекательность — это «наиболее эффективные инструменты, которыми располагают демократии в борьбе с автократиями», утверждает аналитик. Для того чтобы мягкая сила вновь начала эффективно работать, необходимо добиться того, чтобы Запад снова воспринимался как хороший пример управления с «высоким уровнем жизни, социальной мобильностью и свободой».

При этом автор с грустью признает, что США и Запад в целом не в состоянии ни уничтожить, ни изменить таких соперников, как Китай, Россия и Иран. Запад должен перейти на новую стратегию сдерживания для того, чтобы добиться их ослабления. Действия Вашингтона и его союзников должны заставить эти режимы больше заниматься внутренними делами и, соответственно, меньше вмешиваться в происходящее на международной арене.

Коткин уверен, что прямые военные действия не принесут быстрый выигрыш и настало время перейти к стратегии новой холодной войны.

Однако в отличие от предыдущей холодной войны Вашингтон не должен, по мнению аналитика, напрямую противодействовать Китаю, России и Ирану на территории всего мира. Коткин выдвигает идею создания нескольких региональных кластеров или блоков, находящихся под общим руководством США, которые могли бы взять ответственность за противостояние в тех или иных регионах. Это должны быть объединения стран «средней руки».

В статье не указываются конкретные страны, которые должны взять лидерство в европейском или тихоокеанском регионах. Однако можно предположить, что одними из наиболее реалистичных кандидатов на эту роль следует считать Германию и Японию. В свою очередь, это приведет к возможному снятию ограничений, наложенных на эти страны по итогам их проигрыша во Второй мировой войне. То есть, если предложенная Коткиным стратегия начнет реализовываться, впереди нас ждет окончательный демонтаж Ялтинского миропорядка. Причем в ближайшем будущем.

Многие политические действия стран Запада свидетельствуют о том, что как минимум часть западных политиков уже начала движение в этом направлении. В среде американской элиты есть определенное разочарование в возможности быстрой военной победы над Россией. И теперь остро встал вопрос выбора дальнейшей стратегии действий.

Опубликованная в Foreign Affairs программа перевода США и всего Запада на рельсы холодной войны — лишь один из возможных вариантов действий этих стран в ближайшем будущем. Однако он вполне вероятен. Москве, Пекину и Тегерану стоит разрабатывать собственные стратегии противодействия при подобном развитии событий. Соответствующим образом перестраивая свою внешнюю и внутреннюю политику, экономику и, главное, общество.

glavno.smi.today