Треснувший гроб пастора стал частью расследования Эболы


В Демократической Республике Конго расследователи пытаются понять, где началась новая вспышка Эболы. Один из следов ведет к похоронам пастора Палуку Макунди Дениса в городе Монгбвалу, пишет Reuters.

По данным агентства, тело пастора везли из морга по разбитой дороге. По пути гроб треснул, а перед похоронами тело переложили в новый. Теперь этот эпизод изучают как одно из первых возможных событий, после которых вирус мог начать быстро распространяться.

Пастор умер 3 февраля. Его тело перевозили из города Буниа в Монгбвалу, золотодобывающий город на северо-востоке Конго. Дорога заняла несколько часов. В машине вместе с телом ехали родственники, часть из них сидела прямо на гробу.

К моменту прибытия в Монгбвалу деревянный гроб был поврежден. Родные решили, что хоронить пастора в таком виде нельзя, купили новый гроб и переложили тело.

Если человек был заражен Эболой, такой контакт с телом мог быть крайне опасным: останки умерших от этого вируса остаются заразными.

Похороны могли стать точкой распространения

Похороны прошли 4 февраля. На церемонию пришли родственники, друзья и соседи пастора. По словам местных жителей, Палуку Макунди Денис был заметной фигурой в общине: до переезда в Буниа он жил в Монгбвалу, был одним из основателей местного угольного кооператива и пользовался уважением среди жителей.

Вскоре после похорон в районе начали заболевать люди.

Мэр Монгбвалу рассказал Reuters, что в течение двух недель после погребения были зафиксированы почти 50 смертей. У многих заболевших наблюдались симптомы, похожие на Эболу: лихорадка, рвота, кровотечения.

Пастора при жизни не проверяли на Эболу. В больнице ему поставили диагноз “перитонит” — тяжелое воспаление брюшной полости. Медики не брали образцы на Эболу, потому что на тот момент власти еще не знали о вспышке.

Вирус мог циркулировать месяцами

Официально вспышку Эболы в Конго подтвердили 15 мая. Один из эпидемиологов, участвующих в расследовании, оценил, что вирус Эболы Бундибугио мог распространяться незаметно четыре-шесть месяцев до этого момента.

Бундибугио — редкий вариант вируса Эболы. По данным Reuters, он убивает от 30% до 50% зараженных, а для этой разновидности нет одобренной вакцины или специфического лечения.

По данным Минздрава Конго, вспышка уже привела примерно к 635 подтвержденным случаям заражения и как минимум 127 смертям. Чиновники предупреждают, что реальные цифры могут быть выше, потому что тестирование в регионе ограничено.

Особенно тяжелая ситуация сложилась в Монгбвалу. По официальным данным, только там от Эболы подтверждена смерть не менее 40 человек. В местных отчетах также говорится о десятках смертей в семейных кластерах, когда заболевали сразу несколько родственников.

Слухи о проклятии ударили по врачам

После похорон история с треснувшим гробом получила продолжение. Поврежденный гроб, по словам местных жителей, позже был сожжен при неясных обстоятельствах.

Для части жителей это стало не медицинским, а мистическим объяснением происходящего. В городе начали распространяться слухи, что болезни и смерти стали наказанием предков за неуважение к умершему.

Эти разговоры быстро вышли за пределы семьи пастора. История разошлась по соцсетям, а местная музыкальная группа даже записала песню о “гробе”. В одной из строк говорилось:

Мы слышим, что гроб бродит по Монгбвалу, оставляя за собой разрушение.

Слухи осложнили работу врачей. Когда в город приехали медицинские специалисты, часть жителей встретила их с недоверием. В мае в одном из соседних поселков молодежь напала на группу, которая собирала информацию о подтвержденном случае Эболы. На следующий день неизвестные подожгли изоляционную палатку у больницы Монгбвалу.

Семья пастора сама стала жертвой подозрений

Родные Палуку Макунди Дениса отвергают обвинения, которые появились в городе после вспышки. Отец пастора заявил Reuters, что его семью несправедливо сделали виновной в смертях, последовавших после похорон.

“Они осквернили гроб моего сына и обвинили меня в смертях, которые последовали”, — сказал он. “Но жертва — я: это гроб моего сына был осквернен”.

По его словам, семья сама стала жертвой: сначала был поврежден гроб его сына, затем вокруг похорон возникли слухи, а потом людей начали обвинять в распространении болезни.

Для расследователей эта история остается одним из ключевых эпизодов. Они пытаются восстановить цепочку заражений и понять, где вспышка началась на самом деле.

Пока доказательств, что именно пастор был “нулевым пациентом”, нет. Но его похороны уже стали примером того, как в условиях слабой медицины, традиционных обрядов, слухов и недоверия к врачам опасный вирус может получить время на распространение.
  • aramil.life
  • СМИ России
  • Сегодня, 10:10