Раскол ЕС и США усиливается из-за притязаний Трампа на автономию Дании


За последний год Гренландия неожиданно стала важной частью повестки трансатлантических отношений и дополнительным фактором напряженности в контактах между США и европейскими союзниками. Недавно Дональд Трамп вновь заявил о своих притязаниях на датскую автономию. В ответ глава европейской дипломатии Кая Каллас пригрозила Штатам, напомнив, что только жители Гренландии могут определять статус острова

Фото: Egmont Strigl/imageBROKER.com/Global Look Press/AP/TASS, коллаж

Впрочем, произошедшие в этом году события, и не в последнюю очередь весенние парламентские выборы, продемонстрировали, что гренландское общество, с одной стороны, хочет независимости. А с другой, люди желают не резкого разрыва с Данией, а скорее размеренного продвижения к созданию независимого государства.

В октябре глава автономного гренландского правительства впервые в истории выступал в Европарламенте. Показательно, что внешнеполитические акции новых властей расходятся с приоритетами стратегии, принятой предыдущим правительством, где ключевым был назван североамериканский вектор. Нынешние власти хотят показать, что североамериканский курс — не единственный и не ключевой, поэтому они стремятся опереться на потенциальное сотрудничество с ЕС и поиск нового формата взаимодействия с Данией. К слову, Копенгаген продемонстрировал готовность увеличивать инвестиции в промышленность, инфраструктуру и благосостояние жителей острова.

При этом до настоящего времени ни США, ни ЕС, по всей видимости, не осознали, какой именно подход и инструментарий им следует выбрать в отношениях с Гренландией. Так, изначально мартовский визит американского вице-президента Джей Ди Вэнса в Гренландию планировался до парламентских выборов, позднее программу визита вообще было решено ограничить лишь посещением американского военного объекта — космической базы Питуффик, ранее известной как авиабаза Туле. Любопытно, что присутствие Вэнса и его супруги на ежегодных гонках на собачьих упряжках сочли нежелательным даже в американской администрации (из-за потенциально негативного воздействия на гренландское общественное мнение).

Пока американские визиты в Гренландию, как правило, становятся не поводами для конструктивных дискуссий, а материалом для скандалов и разоблачений в датских СМИ. Широкую огласку, к примеру, получила история о том, как гренландский школьник Оливер Бэк стал частью медиакампании Дональда Трампа – младшего, хотя во время встречи с ним он говорил не о любви к США, а именно о стремлении Гренландии к независимости. Недопонимание возникло и из-за недавнего назначения губернатора Луизианы Джеффа Лэндри спецпосланником по Гренландии. Трамп заявил, что это была инициатива Лэндри. Губернатор указал, что президент ему позвонил сам. Действия администрации Трампа на гренландском фронте пока скорее производят впечатление отсутствия последовательной стратегии и планов.

Парадокс ситуации заключается, с одной стороны, в том, что Гренландия стратегически связана с обороной непосредственно североамериканского континента (и этот тезис европейские союзники в целом не подвергают сомнению). Отсюда закономерное желание США решать вопросы, связанные с обороной и расширением военного присутствия на острове, преимущественно на двусторонней основе в диалоге с Данией или даже напрямую с Гренландией, а не выносить их на уровень НАТО.

С другой стороны, у США сейчас нет существенных препятствий, чтобы реализовать экономические проекты, а также модернизировать или строить новые военные объекты на гренландской территории. Практика холодной войны показывает, что Дании оставалось лишь адаптироваться к американским инициативам. Так, возведение площадки «Столетие» (Camp Century) на территории Гренландии фактически началось в 1958‑м, а через год американские дипломаты направили неформальное письмо с целью прозондировать отношение Копенгагена к строительству подобного военного объекта. Дания ответила отрицательно, опасаясь негативной реакции СССР. Но несколько позднее США проинформировали Данию о том, что строительные работы уже начались, на что датская сторона, несмотря на крайнее беспокойство, не могла ничего возразить и смирилась с положением вещей.

Схожим образом 18 ноября 1957-го премьер-министр Ханс Хансен ответил на обращение американского посла о том, в какой степени Дания желает быть проинформированной о потенциальном решении США разместить ядерное оружие на территории Гренландии. Глава датского правительства тогда просто заявил, что такой вопрос со стороны представителя Соединенных Штатов излишний и не требует комментариев Копенгагена. То есть Дания просто приняла к сведению, что США трактуют положения договора об обороне Гренландии 1951 года как разрешающие такой тип вооружений на гренландской территории.

Выгодным для Дании в нынешней ситуации было бы создание некой особой американо-датской командной структуры для Гренландии по аналогии с американо-канадским объединенным командованием ПВО NORAD. Но вопрос сейчас в том, заинтересована ли в таком шаге американская сторона, которая вряд ли хотела бы дать маленькой европейской стране какие-либо рычаги военно-политического влияния в Северной Атлантике и Арктике. В этом отношении норвежцы представляются более умелыми дипломатами, нежели датчане, так как им с момента окончания холодной войны все же удавалось поддерживать стабильный интерес американского руководства и экспертного сообщества к проблематике арктической безопасности. В случае же с Гренландией все происходит более резко и эпизодично, поэтому новое обострение «гренландского вопроса» в отношениях США и Дании исключать нельзя.

Никита Белухин, газета «Известия»

Сообщение Раскол ЕС и США усиливается из-за притязаний Трампа на автономию Дании появились сначала на NEWS-FRONT.