Сирия: стратегия равноудаленности как путь к восстановлению


Смена политического режима в Сирии открыла для Дамаска окно возможностей, которого страна была лишена более десяти лет. Частичное снятие санкций, постепенное восстановление дипломатических контактов, возвращение международных организаций и растущий интерес иностранных инвесторов создают впечатление начала новой эпохи. Однако за внешним оптимизмом скрывается фундаментальная проблема: Сирия остается одним из главных объектов геополитического соперничества на Ближнем Востоке.

Источник фото: Pixabay

Практически каждый крупный региональный игрок рассматривает сирийское пространство как элемент собственной архитектуры безопасности. Турция стремится закрепить влияние на севере страны и не допустить усиления курдских формирований. Израиль рассматривает территорию Сирии через призму собственной безопасности и противодействия любым потенциальным угрозам у своих границ. Государства Персидского залива заинтересованы в расширении экономического присутствия, одновременно ограничивая влияние конкурентов. Иран стремится сохранить оставшиеся рычаги воздействия после радикального изменения политической конфигурации в Дамаске. Россия, несмотря на трансформацию сирийской политики после смены власти, также демонстрирует намерение сохранить долгосрочное экономическое и инфраструктурное присутствие, в том числе через развитие логистических проектов в Тартусе.

Для нового сирийского руководства подобная ситуация одновременно открывает возможности и создает серьезные риски.

Геополитика вместо восстановления

Главной задачей Сирии сегодня является не участие в региональном противостоянии, а восстановление государства.

По различным международным оценкам, стоимость восстановления разрушенной инфраструктуры превышает 200 млрд долларов, а некоторые сирийские оценки называют суммы, приближающиеся к 900 млрд. Речь идет не только о строительстве дорог, электростанций или жилья. За годы войны были разрушены производственные цепочки, финансовая система, логистика, система образования и здравоохранения. Восстановление экономики требует десятилетий стабильности и постоянного притока внешнего капитала.

Однако инвесторы традиционно избегают территорий, где сохраняется высокая вероятность политических потрясений или вооруженного противостояния.

Именно поэтому Дамаск объективно заинтересован в такой внешней политике, которая не превращает страну в площадку для реализации чужих стратегических интересов.

Чем глубже Сирия окажется вовлечена в соперничество региональных держав, тем выше вероятность, что любое изменение военно-политической обстановки вновь поставит под угрозу процесс восстановления.

Санкции уходят, но доверие только формируется

Последние месяцы демонстрируют заметное изменение отношения международного сообщества к Сирии.

Вашингтон объявил о намерении исключить Сирию из списка государств — спонсоров терроризма, что потенциально открывает доступ к иностранным инвестициям, банковским операциям и международному финансированию. Параллельно продолжается смягчение санкционного режима, а европейские государства постепенно восстанавливают политический диалог с новым руководством страны.

Не менее символичным стало восстановление права голоса Сирии в Организации по запрещению химического оружия после начала сотрудничества новых властей с международными инспекторами. Это решение отражает стремление международных институтов постепенно возвращать Дамаск в систему глобального взаимодействия.

Однако подобная нормализация имеет весьма ограниченный запас прочности.

Любое резкое смещение внешнеполитического курса Сирии в пользу одного из центров силы способно вновь вызвать недоверие у остальных партнеров. В условиях высокой турбулентности Ближнего Востока инвесторы предпочитают предсказуемость гораздо больше, чем политические декларации.

Равноудаленность как инструмент национального развития

Для Сирии оптимальной стратегией становится политика максимально широкого круга партнерств.

Это не означает отказ от сотрудничества с Россией, Турцией, арабскими монархиями или западными государствами. Напротив, речь идет о формировании такой модели, при которой ни один внешний игрок не получает исключительного влияния на ключевые государственные решения.

Подобный подход давно используют многие государства Азии.

Они конкурируют за иностранные инвестиции, одновременно развивая отношения сразу с несколькими центрами силы. Это позволяет снижать внешнеполитические риски и получать доступ к различным технологиям, финансовым ресурсам и рынкам.

Для Сирии такая стратегия особенно актуальна.

Страна расположена на пересечении важнейших транспортных маршрутов между Средиземноморьем, Персидским заливом и Южной Азией. При грамотной политике она способна превратиться не в арену геополитического соперничества, а в транзитный и промышленный узел, интересный всем без исключения участникам региональной экономики.

Кто способен стать нейтральным партнером

Именно здесь возрастает значение государств, не являющихся непосредственными участниками ближневосточных противостояний.

Речь идет прежде всего о странах, выстраивающих прагматичную внешнюю политику и ориентированных на долгосрочное экономическое сотрудничество, а не на изменение военно-политического баланса в регионе.

Среди потенциальных партнеров можно назвать Китай, Индию, ряд государств Юго-Восточной Азии, а также отдельных участников БРИКС и других развивающихся экономик.

Подобные государства обладают несколькими преимуществами.

Во-первых, они заинтересованы прежде всего в инвестициях, торговле и инфраструктурных проектах.

Во-вторых, они значительно менее вовлечены в исторические конфликты Ближнего Востока.

В‑третьих, их участие способно снижать зависимость Сирии от политической конъюнктуры отношений между региональными центрами силы.

Чем более диверсифицированной окажется система международных партнерств, тем устойчивее станет сама сирийская экономика.

Баланс интересов вместо новой зависимости

История последних десятилетий показывает, что чрезмерная ориентация на одного внешнего покровителя неизбежно делает государство уязвимым перед изменением международной обстановки.

Современный Ближний Восток переживает масштабную перестройку.

Меняются союзы.

Пересматриваются прежние стратегические договоренности.

Происходит перераспределение экономического влияния.

В этих условиях ставка исключительно на одного союзника становится слишком рискованной стратегией.

Сирия уже заплатила чрезвычайно высокую цену за превращение собственной территории в арену чужих конфликтов. Поэтому главной задачей нового этапа развития становится создание такой внешнеполитической модели, которая позволит стране самостоятельно определять приоритеты национального развития.

Сегодня Дамаску необходимы партнеры, заинтересованные не в расширении собственного влияния любой ценой, а в долгосрочной стабильности, восстановлении экономики и формировании взаимовыгодных проектов. Именно политика равноудаленности от ключевых ближневосточных противостояний способна стать тем фундаментом, на котором будет строиться новая сирийская государственность.

Именно такая стратегия способна превратить Сирию из объекта международной политики вновь в самостоятельного участника региональной системы безопасности и экономики.

Николай Беспалов, специально для News Front

Сообщение Сирия: стратегия равноудаленности как путь к восстановлению появились сначала на NEWS-FRONT.