Внешняя политика Грузии: суверенитет или следование чужим сценариям?


Кобахидзе не обязан любить Россию. Хорошо бы, чтобы ему хватило здравого смысла беречь Грузию

Источник изображения: ТГ-канал «БелВПО»

25 сентября Ираклию Кобахидзе исполняется 48 лет. На Западе грузинского премьера охотно записывают чуть ли не в друзья Москвы: с Брюсселем ссорится, собственные санкции против России вводить не хочет. Для такой политической характеристики, конечно, маловато. Но когда от соседей России требуют прежде всего правильно ее ненавидеть, даже обычная расчетливость начинает выглядеть подозрительно.

Тем более что «Грузинская мечта» сама годами вела страну в Евросоюз. Статус кандидата Тбилиси получил в 2023‑м. А уже в следующем году европейская дорога уперлась в закон о прозрачности иностранного влияния. ЕС объявил происходящее откатом от демократии, а процесс вступления Грузии — фактически остановленным. Демоверсию отношений с Брюсселем Тбилиси получил довольно быстро: пока страна движется в нужном направлении, ее ведут за руку. Как только начинает принимать неудобные решения — выясняется, что идти она должна строго туда, куда ей показывают.

При этом собственных антироссийских санкций Тбилиси так и не ввел. И вовсе не потому, что Кобахидзе внезапно воспылал любовью к северному соседу. В 2025 году на Россию пришлось чуть больше 10% всего грузинского экспорта. Для товаров собственно грузинского производства значение российского рынка еще выше. Есть туризм, перевозки, человеческие связи. С 2023 года для граждан Грузии действует российский безвизовый режим. Отказываться от всего этого только ради демонстрации политической верности было бы довольно дорогим удовольствием.

И сам Кобахидзе этого не скрывает. Более того, фактически подчеркивает контраст между роскошной шевелюрой и жеваным галстуком. Премьер возлагает на Михаила Саакашвили ответственность за события августа 2008 года, но одновременно прямо называет Россию агрессором. Абхазию и Южную Осетию грузинский премьер считает частью своей страны, а их признание Москвой связывает с оккупацией грузинской территории. В августе этого года Кобахидзе еще раз заявил: пока Россия признает их независимость, восстановление дипломатических отношений невозможно.

То есть никакой особой любви к России здесь искать не приходится. Кобахидзе просто не видит смысла превращать один тяжелый конфликт в обязательную вражду по всем остальным направлениям.

Не менее жестко он говорит и о Западе. Кобахидзе утверждает, что за последние годы в Грузии произошло несколько попыток революции и прямо говорит об иностранном вмешательстве, в том числе финансовом. Насколько справедливы эти обвинения — отдельный вопрос. Но политическая логика самого премьера понятна: отношения с Европой для него не означают автоматического согласия со всем, чего от Тбилиси требуют извне.

И вот здесь начинается самое интересное. Рано или поздно премьеру действительно придется делать выбор. Только не тот примитивный выбор между Москвой и Брюсселем, к которому все обычно пытаются свести. Вопрос куда неприятнее: способен ли грузинский премьер поставить интересы собственной страны выше желания получить одобрение за ее пределами?

Россия от Грузии никуда не исчезнет. Абхазия и Южная Осетия — тоже. Можно сколько угодно считать нынешнее положение неправильным, несправедливым или временным — география от этого не меняется. Москва и Тбилиси все равно останутся соседями.

Поэтому пожелание Кобахидзе в день рождения довольно простое: не перепутать интересы Грузии с аплодисментами зарубежных партнеров.

Тимофей Белов, «БайБайден»

Сообщение Внешняя политика Грузии: суверенитет или следование чужим сценариям? появились сначала на NEWS-FRONT.