Взгляд европейских исламистов на поддержку киевского режима Западом


События, связанные с украинским кризисом, оказывают влияние на всю Европу, а их отголоски ощущаются и на других континентах

Источник фото: france24.com

Позиции лидеров государств Европейского союза и Великобритании хорошо известны. Имеет значение и общественное мнение в этих странах — политические силы вынуждены считаться со взглядами избирателей по такому важному вопросу, как продолжение конфронтации с Россией. Для более полного понимания отношения широких масс к этому кризису необходимо учитывать и оценки представителей оппозиционных сил, к которым в Старом Свете относятся в том числе исламистские движения (здесь и далее под термином «исламисты» подразумеваются исключительно организации, ассоциирующие себя с движением «Братья-мусульмане»*), чьи позиции оказывают влияние как на многих мусульман, проживающих на континенте, так и на значительную часть населения государств исламского мира, где конфликт в Европе вызывает серьезную озабоченность.

Исторические аспекты прихода исламистов в Старый Свет

Появление современных исламистских организаций уходит корнями в XIX в., когда агрессивная и стремящаяся к доминированию политика Европы содействовала формированию в мусульманских обществах идеологического сопротивления экспансии. Одними из наиболее выдающихся стали работы Джемаль-ад-Дина аль-Афгани, Мухаммеда Абдо и Рашида Риды. В их трудах признавались достижения США и Европы в области науки, политического устройства и военного дела, но параллельно ставилась цель освободиться от господства и влияния Запада путем возврата к «чистому исламу» [1] и укрепления единства всех мусульман.

В 1928 г. на базе сформированных ими принципов египтянином Хасаном аль-Банной была создана организация «Братья-мусульмане»*, провозгласившая своей целью перестроить общественную жизнь в соответствии с законами шариата, а также вести борьбу с культурным влиянием Запада, которое, по его мнению, несло в себе порочность, безбожие и культ эгоистичности. В дальнейшем система взглядов «Братьев-мусульман»* стала основой для многих исламистских организаций современности.

Если Хасан аль-Банна настаивал на реформе политической и судебной системы государства, то его последователь и один из главных идеологов движения Сейид Кутб объявил религиозную войну против правительства и призвал к свержению правящих на Ближнем Востоке режимов, являющихся, по его мнению, преградой для проникновения идей верующего сообщества в сердца других людей [2]. Столкнувшись с давлением со стороны пришедших к власти военных, идеи «Братьев-мусульман»* стали радикализироваться, а многие их сторонники в период 1950–1960-гг. начали массово эмигрировать из Египта [3].

Парадоксально, но именно в государствах Западной Европы, борьба с влиянием которых была одной из целей исламистов, им предоставили беспрепятственный доступ и создали благоприятные условия для политической деятельности. В 1961 г. был открыт Исламский центр в Женеве, ставший одним из крупнейших представительств «Братьев-мусульман»* на континенте, а в последующие годы появились ячейки во многих странах Старого Света, действующие там легально и сегодня.

В качестве фундаментальной причины, обусловившей столь «теплый» прием исламистов в Западной Европе, историки выделяют [4] в том числе геополитические расчеты местных элит в период холодной войны: исламистская оппозиция воспринималась как сила, с помощью которой можно эффективно противодействовать коммунистическому влиянию в регионе Ближнего Востока и бороться с режимами в тех мусульманских странах, которые избрали просоветский курс. Антизападная риторика и идеологические принципы в тот период не казались опасными для США и европейских стран, рассматривающих их как «умеренные» и «организованные» [5].

Положение сегодня

Несмотря на отсутствие точных статистических данных, ряд исследований указывают на значительный рост количества мусульман в Западной Европе с середины XX в. по настоящее время [6]. К примеру, по некоторым оценкам, в 1950 г. в Великобритании проживало около 101 тыс. последователей ислама, во Франции — 230 тыс., в Германии — 20,5 тыс. По состоянию на середину 2020‑х гг. численность мусульманских сообществ в этих странах, согласно аналитическим материалам, составляет 4,1 млн, 6 млн и 6,6 млн соответственно. Укрепилось и положение исламистов: в ряде государств, относившихся в период холодной войны к западному блоку, им удалось стать лидерами общин, они также активно взаимодействуют с правозащитными, общественными организациями левого толка, предпринимают попытки выдвинуться кандидатами на выборы, а их деятельность, по оценкам экспертов, уже основательно вплетена в большинство жизненно важных сфер многих государств континента [7]. Исследователи отмечают, что основные усилия «Братьев-мусульман»* в Европе на текущем этапе сконцентрированы на поддержке представителей диаспор стран Ближнего Востока, предотвращении вестернизации их личной жизни, распространении на них своих религиозных и политических взглядов, закреплении присутствия в местных органах власти. При этом с начала 1990‑х гг. возрастает роль аналитического центра «Братьев-мусульман»* в Великобритании, пользующегося авторитетом среди сторонников исламистов в разных странах [8]. Именно сюда был перенесен медиацентр организации из Египта после запрета ее деятельности в арабской республике в 2013 г., а глава лондонского офиса назывался в СМИ руководителем глобального движения.

Следует упомянуть о тенденции к деформации восприятия «Братьев-мусульман»* в Старом Свете: в последние годы они все чаще рассматриваются политиками, экспертами и представителями общественности не как «умеренные» и «понимающие», а скорее как не разделяющие ценности демократии и использующие ее инструменты в своих собственных целях, а именно для исламизации общества. К примеру, в мае 2025 г. правительство Франции рассмотрело доклад, в котором содержалась информация об «антиреспубликанском и подрывном характере» движения «Братья-мусульмане»*. Президент Э. Макрон по итогам совещания поручил разработать предложения по противодействию влияния исламистской организации. В 2021 г. группа депутатов Европейского парламента, именующая себя ECR Group и выступающая за реформы, представила аналитическое исследование на тему «Братья-мусульмане в Европе», в котором утверждается, что движение создало надежные каналы финансирования и установило тесные связи с политическими элитами в странах континента, а его деятельность подрывает сплоченность общества. Подобный рост недоверия может поставить под сомнение возможность продолжения функционирования представительств «Братьев-мусульман»* как легальных организаций.

Отдельно выделим, что начало украинского кризиса почти совпало по времени с политическими потрясениями на Ближнем Востоке, получившими наименование «арабская весна». В таких государствах, как Египет, Сирия, Ливия, Бахрейн, противостояние между сторонниками различных политических сил было особенно острым и сопровождалось человеческими жертвами. На этом фоне решительность, проявленная в ходе так называемого «Евромайдана» 2013–2014 гг. западными политиками, которые встали на защиту протестующих и начали угрожать санкциями украинскому руководству во главе с президентом Виктором Януковичем в случае подавления ими беспорядков, привлекла внимание исламистов. В феврале 2014 г. представители «Братьев-мусульман»* обвинили США и ЕС в необъективном подходе после их резкой реакции на события в Киеве по сравнению с ситуацией в отдельных арабских странах, в которых, по их выражению, «площади, улицы и мечети были залиты кровью», а «от западных политиков мы не услышали ничего, кроме расплывчатых заявлений». Такая позиция, по их мнению, поощряет и стимулирует агрессию. Также в 2014 г. исламисты выразили надежду на разрешение споров на Украине мирными и демократическими средствами.

Вероятно, начавшийся конфликт на Донбассе привлек внимание представителей политического ислама к событиям в восточноевропейской стране еще и потому, что в нем мусульмане стали воевать по обе стороны фронта. Гипотетическое поощрение дальнейшей эскалации со стороны «Братьев-мусульман»* противоречило бы их идеологии, направленной на объединение всех своих единоверцев.

Украинские исламисты и их отношения с властями

Проникновение и распространение влияния исламистов в странах Восточной Европы в период холодной войны не было столь активным, как в Западной, что связано с более светским курсом государств социалистической ориентации в 1950–1980‑х гг. и иным характером их отношений с просоветски настроенными арабскими режимами. Процессы демократизации последней декады XX в. создали благоприятную почву для формирования мусульманскими общинами региона общественных организаций, часть из которых стали ориентироваться на структуры «Братьев-мусульман»* в Брюсселе и иных городах континента. Присутствие исламистов укрепилось, особенно в таких государствах, как Босния и Герцеговина и Македония, однако в большинстве стран бывшего «социалистического лагеря» остается скромным по европейским меркам. Несмотря на скудность информации, имеющиеся исследования указывают на заинтересованность «Братьев-мусульман»* в расширении своих позиций в Восточной Европе. Это связывается в том числе с их попытками создать здесь убежище для более стабильной деятельности своих активистов на фоне тенденции к ужесточению контроля на Западе.

В 1997 г. на Украине была создана ассоциация «Ар-раид» (араб. «первооткрыватель»), не скрывающая своей связи с всемирным движением «Братья-мусульмане»* [9]. Она имеет несколько филиалов в разных городах, издает собственную газету и проводит различные благотворительные акции. С ее помощью в 2008 г. сформировано Духовное управление мусульман Украины «Умма» (не следует путать с Духовным управлением мусульман Украины, созданным в 1992 г.). Отношения ассоциации с властями складываются неоднозначные. Руководитель «Ар-раид» Сейран Арифов в 2014 г. заявлял, что ситуация с ограничениями работы «мусульманских организаций» в стране была не идеальной. Тем не менее в период «Евромайдана» активисты «Ар-раида» поддерживали протестующих [10]. В 2018 г. он же обвинил политиков и Службу безопасности Украины (СБУ) в разжигании исламофобии и распространении необоснованных обвинений в адрес мусульманских организаций. А в июле 2026 г. арабские СМИ сообщили о подозрениях со стороны СБУ в отношении украинских исламистов в присвоении поступаемой из-за рубежа гуманитарной помощи и использовании ее в своих целях.

При этом интерес «Братьев-мусульман»* к восточноевропейской стране может быть обусловлен рядом причин. Точные данные о количестве мусульман на Украине отсутствуют, по минимальным оценкам эта цифра колеблется в диапазоне 300–500 тыс. человек (оценки даны на момент 2013 г.) [11]. Хотя их доля среди общей численности населения страны (1–2%) кажется скромной, община относительно крупная по меркам региона (к примеру, в Польше их численность оценивается в 40 тыс. при населении в 38 млн человек, в Чехии — 20 тыс. при населении свыше 10 млн человек). Добавим, что общество Украины переживает трагический период: падающий уровень жизни, тяжелые военные потери, массовая пропаганда ненависти и национализма, коррупция. Именно в такие моменты людям свойственно обращаться к религии в надежде найти в ней поддержку. При этом дискриминационная политика режима в отношении Украинской православной церкви препятствует деятельности традиционных для государства религиозных институтов и направлена на ослабление их роли. Сложившейся ситуацией могут воспользоваться различные общественные организации и движения, в том числе исламистские, заинтересованные в привлечении новых приверженцев путем пропаганды альтернативных идей. О тотальной исламизации населения Украины, конечно, речи быть не может, но этот кризис создает предпосылки для роста числа сторонников «Братьев-мусульман»* среди разных народов, населяющих страну. Косвенно это подтверждают утверждения «Ар-раид» о том, что в их центрах ежегодно принимают ислам от 200 до 300 человек, что немало по меркам Восточной Европы. Исследователи выделяют сосредоточенность украинской исламистской организации на привлечении новых членов в свои ряды.

Следует выделить еще одно обстоятельство, связанное с отношениями исламистов с нацистской Германией в период Второй мировой войны. С одной стороны, идеология Третьего Рейха противоречила принципам «Братьев-мусульман»*, осуждающих расизм и дискриминацию по национальному или религиозному признаку. С другой стороны, Гитлер рассматривал Ближний Восток как стратегически важный район для нанесения удара по Великобритании путем изгнания их оттуда [12], что в какой-то степени соответствовало настроениям широких народных масс арабского мира. Нацистский режим уделял большое внимание пропаганде в этом регионе, которая базировалась на таких утверждениях, как отсутствие противоречий между исламом и национал-социализмом; общие угнетатели немцев и арабов в лице евреев, коммунистов и англичан; отсутствие претензий Берлина к государствам региона, а также том обстоятельстве, что Германия не нападала ранее на мусульманские страны [13]. Обращение к религии, антиимпериализм и антисемитизм стали главными элементами нацистской пропаганды на Ближнем Востоке, а наиболее яркой фигурой, претендовавшей на представление в Берлине интересов исламского мира, стал Амин аль-Хусейни, пользовавшийся авторитетом среди «Братьев-мусульман»*. Современные исследователи (в частности, Дэвид Паттерсон и Тони Дьюхом) отмечают, что отдельные идеологические принципы современных исламистских организаций (таких как «Исламское государство»*,»Аль Каида»*, ХАМАС), основаны на трудах мыслителей, находившихся под влиянием идей Гитлера [14]. То обстоятельство, что современная Украина превратилась в центр нацизма мирового значения, вероятно, учитывается и представителями «Братьев-мусульман»*: руководитель «Ар-раид» в своих выступлениях не стесняется цитировать высших чиновников Третьего Рейха, а Сергей Исмагилов, именующий себя муфтием Духовного управления «Умма», предлагал опубликовать издание Корана на украинском языке в черно-красном цвете, ссылаясь на символику бандеровского движения [15]. При всей парадоксальности наличие такого идеологического сходства не следует игнорировать в качестве сближающего фактора исламистов с украинскими националистами, а все сказанное выше может создавать предпосылки для заинтересованности в распространении влияния и расширения возможностей «Братьев-мусульман»* на Украине.

Реакция европейских исламистов на начало военных действий

Утром 24 февраля 2022 г. президент РФ Владимир Путин объявил о начале проведения специальной военной операции. В первые дни вооруженного противостояния лидеры многих европейских государств проявили консолидированную позицию по вопросам поддержки киевского режима, а также оказания давления на Российскую Федерацию. По своим масштабам конфликт стал крупнейшим в Европе после Второй мировой войны: по данным портала Управления верховного комиссара ООН по делам беженцев, в период с 24 февраля по 1 августа 2022 г. Украину покинули 10,3 млн человек, из которых свыше 7 млн перебрались в ЕС.

В феврале и марте 2022 г. представительства «Братьев-мусульман»* в Германии, Румынии, Нидерландах, Италии и некоторых других странах призвали к участию в кампании по оказанию помощи прибывающим украинцам. Исламисты организовали сбор средств во многих странах континента для последующего их направления в филиалы «Ар-раид» с целью распределения внутри страны. По мнению экспертов APA International Association for Experts (Бейрут), действия «Братьев-мусульман»* были направлены на демонстрацию руководству и общественности европейских государств своей солидарности и полезности в целях улучшения своего имиджа и восстановления доверия.

Риторика многих исламистских организаций Италии, Ирландии, Бельгии содержала призывы к прекращению военных действий и переговорам. При этом заявлений в поддержку Москвы не прозвучало. Лондонский офис ассоциации «Братья-мусульмане»* в марте 2022 г. выпустил обращение, в котором были высказаны опасения по поводу вероятных экономических и гуманитарных последствий разразившегося противостояния и риска применения оружия массового поражения, настойчиво предлагалось перейти к диалогу вместо применения силы. В качестве причин конфликта были отмечены несостоятельность глобального порядка, имея в виду ООН и аналогичные ей структуры, а также доминирование ценностей материалистической цивилизации в современном мире. От прямых оценок действий Москвы или Киева авторы обращения воздержались.

Риторика украинских исламистов была менее нейтральной. Сергей Исмагилов, именующий себя муфтием духовного управления «Умма», призвал российских мусульман начинать «освободительное движение». «Ар-раид» при этом стала активно участвовать в оказании помощи мирному населению и работе с беженцами.

В риторике украинских и иных европейских исламистских организаций отчетливо прослеживается одна общая черта, а именно демонстративно сдержанный характер их участия в военном противостоянии, выражающегося в основном в содействии решению гуманитарных вопросов. «Ар-раид» также занимается пропагандой, направленной на дискредитацию российских властей, и заявила об организованных ими поставках имущества для подразделений украинской армии, правда, подчеркивая ее «нелетальное» назначение (продовольствие, медикаменты и т.д.). От призывов, которые ассоциировали бы их непосредственно с попытками уничтожения личного состава противоборствующей стороны, европейские исламисты дистанцировались. Подчеркнем, что речь идет исключительно о риторике и заявлениях для СМИ со стороны организаций, легально действующих в Старом Свете и ассоциирующих себя с движением «Братья-мусульмане»*.

Вероятно, одна из причин этого заключается в нежелании исламистов ассоциировать себя с прямым участием в конфликте, в который их единоверцы оказались вовлечены по разные стороны. По некоторым оценкам, количество мусульман, проходящих службу в украинской армии, после проведения мобилизационных мероприятий 2022 г. составляло 2–3 тыс. человек. Очевидно, что в рядах Вооруженных сил РФ их намного больше: к примеру, Рамзан Кадыров в мае 2023 г. заявил, что в СВО приняли участие свыше 40 тыс. бойцов из Чеченской Республики, и это только из одного региона. Председатель централизованной религиозной организации «Международная исламская миссия» Шафиг Пшихачев в 2025 г. упомянул, что около 8 тыс. этнических таджиков участвуют в военных действиях. Многие последователи ислама, выполняющие задачи в составе ВС РФ, проявляют героизм и жертвуют своими жизнями. В этой ситуации гипотетические призывы европейских исламистов к прямому участию в столкновениях с российской армией с высокой вероятностью повлекли бы их отторжение со стороны многих мусульман России и ряда других стран ближнего зарубежья, что могло бы иметь далеко идущие последствия для глобального движения «Братья-мусульмане»*.

Беженцы — не мигранты

Большое количество вынужденно перемещенных лиц из Украины в 2022 г. вынудило руководство ЕС принять меры. В частности, Еврокомиссия впервые единогласно утвердила решение о вводе в действие Директивы ЕС от 2001 г. № 2001/55/EC «Предоставление временной защиты» (Temporary Protection Directive), в рамках которой все прибывшие в интеграционное объединение граждане Украины до сих пор пользуются правом на упрощенное получение убежища и доступа к системе образования, рынку труда, здравоохранению и социальному обеспечению. Отметим, что государства блока продемонстрировали позицию, противоположную их же подходу в ходе «миграционного кризиса» 2015 г., когда некоторые его члены были не готовы брать на себя подобные обязательства. Это указывало на откровенное пренебрежение европейскими политиками гуманитарными проблемами соседних стран в период военных конфликтов, что стало особенно очевидным на фоне противостояния с Россией, которому было уделено значительно больше внимания даже в вопросах отношения к вынужденно перемещенным лицам.

Представители парламента Дании заявили в марте 2022 г. о намерении освободить прибывающих граждан восточноевропейской страны от действия так называемого «ювелирного закона» по причине того, что «Украина наш региональный сосед». Этот нормативный акт вступил в действие в 2016 г., разрешив полиции изымать у нелегальных мигрантов и просителей убежища деньги и ценности, суммы и стоимость которых превышает установленный лимит. Широкий резонанс вызвали комментарии журналистов, в которых многие увидели подтекст, обосновывающий необходимость более заботливого отношения к украинцам по сравнению с беженцами из других частей света. Представитель британского The Telegraph Дэниел Ханнан, в частности, заявил: «Они [украинские беженцы] так похожи на нас. Именно это и шокирует. Война больше не является чем-то, что обрушивается на бедные и отдаленные слои населения». Чарли Д’Агата (CBS, США): «Это не то место, при всем уважении, как Ирак или Афганистан, где конфликты бушуют десятилетиями. Это относительно цивилизованный европейский — я должен тщательно подобрать эти слова — город, где вы бы не ожидали и не надеялись, что это произойдет». Келли Кобиелла (NBS News, США): «Проще говоря, это не беженцы из Сирии. Это христиане или белые».

Представители арабской общественности раскритиковали описанный выше подход и комментарии, которые, по их мнению, разительно отличались от отношения к беженцам из других регионов. Это подтверждается заголовками ближневосточных СМИ тех дней: «Как украинский кризис обнажил западные предвзятости, предубеждения и двойные стандарты» (ArabNews, Саудовская Аравия, 06.03.2022), «Война между Россией и Украиной: к беженцам относятся по-разному» (Al Jazeera, Катар, 08.07.2022), «Коктейли Молотова в Киеве разоблачают лицемерие западных СМИ» (Algeria Times, Алжир, 06.03.2022). Ассоциация арабских и ближневосточных журналистов в феврале 2022 г. даже выступила с заявлением, призывающим редакторов по всей Европе избегать предвзятости в их освещении конфликта на Украине.

Представители лондонского офиса «Братьев-мусульман»* заявили: «Нынешний кризис обнажил вопиющий расизм, лежащий в основе действий некоторых крупных держав, выявив их двойные стандарты — и даже множественные стандарты — в урегулировании споров, проблем и конфликтов… Проявилось и позорное отношение Запада к беженцам во время войны на Украине, выявив отвратительную предвзятость, основанную на цвете кожи и убеждениях. Белые европейцы часто получали преференции, в то время как к людям других рас и мусульманам относились иначе. Польше и другим странам, принимавшим беженцев, оказывалась щедрая помощь, в то время как сирийские беженцы терпели унижения и страдания в палатках, не защищавших от лютого зимнего холода среди снега, без еды, отопления и достойного жилья. Палестинские беженцы страдают в лагерях, а афганские беженцы несут на себе бремя десятилетий несправедливых войн. Эти дисбалансы в разрешении международных конфликтов и угождение прихотям религиозной и этнической нетерпимости приведут лишь к дальнейшему негодованию».

Отдельно выделим публикацию Джонатана Кука в лондонском издании Middle East Eye, подозреваемого в связях с движением «Братья-мусульмане»*, «Россия — Украина: западные СМИ выступают в роли сторонников войны» от 4 марта 2022 г., где отмечается, что принцип западной журналистики, основанный на объективности и неодобрении насилия, внезапно прекратил свое действие с началом конфликта на Украине. Это подтверждается такими примерами, как восхищение репортерами изготовлением рядовыми киевлянами «коктейлей Молотова», в то время как палестинцев называют террористами за то же самое; подстрекательство со стороны журналистов и чиновников граждан Великобритании принять участие в военных действиях против России, тогда как те, кто отправились в зону конфликтов на Ближнем Востоке, лишаются гражданства; отсутствие критики своих правительств за поставку вооружений киевскому режиму и способствование таким образом росту жертв; откровенно лживые сообщения о преступлениях, якобы совершенных российскими военнослужащими, направленные на провоцирование враждебных чувств. В ответ на реплику, что российские солдаты «заслуживают смерти», Дж. Кук задал вопрос, почему подобные комментарии не были высказаны в отношении незаконного вторжения армии Великобритании в Ирак. Автор публикации резюмировал, что такая «поддержка» Украины со стороны западных СМИ вызывает ярость у палестинцев, десятилетиями живущих в условиях оккупации, по причине двойных стандартов в отношении них, которые наглядно проявились в 2022 г.

Таким образом, и европейские мусульмане, и общественность ряда стран Ближнего Востока восприняли поддержку странами ЕС и США киевского режима и украинских беженцев в 2022 г. как яркий пример лицемерия и избирательного подхода. Особо подчеркнем наличие не просто критики, а недвусмысленных предупреждений исламистов о росте негодования в связи с этими действиями Запада.

События октября 2023 года

Утром 7 октября 2023 г. боевики Движения исламского сопротивления (сокращенно — ХАМАС) атаковали территорию Израиля, вооруженные силы которого начали военные действия в секторе Газа. Большинство организаций, связанных с движением «Братья-мусульмане»*, ожидаемо заявили о своей поддержке палестинского народа, раскритиковав позицию США и ряда европейских стран, особенно вследствие проявления ими подхода к ситуации в Газе по сравнению с конфликтом на Украине. Последнее выражается в несопоставимых объемах финансовой и материальной поддержки киевского режима и Палестины, отсутствии обвинений в адрес политиков Израиля на фоне призыва создать трибунал в отношении российских чиновников, необъективном освещении в СМИ.

В очередной раз с начала украинского кризиса «Братья-мусульмане»* обвинили Запад в несправедливости, заявив в октябре 2023 г.: «Мы призываем выходить на улицы и площади, чтобы ответить сионистам, их преступным лидерам, их экстремистам и американцам, которые поспешили им на помощь, потому что у них двойные стандарты. Они считают конфликт на Украине справедливым, но не считают справедливой борьбу палестинского народа. Так мы передадим послание гнева о том, что мы на стороне Палестины, Газы, Аль-Аксы, Иерусалима, и что мы являемся частью этой борьбы».

Спустя несколько часов после начала войны в Газе глава киевского режима В. Зеленский призвал к солидарности с Израилем и обвинил тех, кто спонсирует ХАМАС, в преступлении против человечества. Рекламные щиты в Киеве 7 октября были окрашены в цвета израильского флага. Спустя два дня он снова осудил действия Движения исламского сопротивления и назвал его «таким же злом, как и Россия». Эти действия Зеленского вызвали откровенное непонимание в арабских СМИ, которые обвинили его в алогичности и неблагодарности. Власти Ирака даже усилили охрану посольства Украины, что связывалось с «негативной позицией ее руководства относительно ситуации в секторе Газа».

***

Исламистские организации легально существуют в Старом Свете с 1960‑х гг., превратившись в активную, влиятельную и амбициозную политической силу во многих странах континента. Несмотря на отсутствие запрета на деятельность «Братьев-мусульман»*, политика киевского режима не отличается расположенностью к ним. Те же, в свою очередь, могут быть заинтересованы использовать сложившуюся кризисную обстановку, относительную бесконтрольность и недальновидность властей в своих целях.

Как представляется, на текущий момент украинская исламистская организация «Ар-раид» решает задачи, связанные со своими локальными интересами, а не с глобальными целями всемирного движения «Братья-мусульмане»*. Спрогнозировать, что останется от современной Украины после окончания текущего конфликта, крайне сложно, и это затрудняет разработку и реализацию долгосрочной и глубокой стратегии. После начала СВО «Ар-раид» позиционирует себя в качестве союзника киевского режима, а связанное с этой общественной организацией духовное управление «Умма» призвало к уничтожению основ государственного устройства Российской Федерации. Вероятно, это связано не с глобальными интересами движения «Братья-мусульмане»*, а скорее обусловлено намерением украинских исламистов продемонстрировать властям лояльность и полезность для расширения своих свобод, возможностей и позиций внутри страны. При этом открытым остается вопрос, насколько далеко власти готовы сотрудничать с ними: Киев сегодня в значительной степени ориентируется на позицию Запада, который проявляет все большую осторожность в отношении «Братьев-мусульман»*.

Большинство организаций, связанных с движением «Братья-мусульмане»*, однозначно заявили о своем негативном отношении к военному столкновению между Москвой и Киевом и призвали решать имеющиеся споры мирным путем. Помимо идеологических причин, а также нежелания провоцировать вражду между мусульманами, участвующими по обе стороны конфликта, важную роль играют и опасения насчет возможных гуманитарных и экономических последствий противостояния, которые могут стать катастрофическими для многих стран Африки и Ближнего Востока, являющихся частью исламского мира и критически зависящих от импорта продовольствия из России и Украины.

Причины военного конфликта в секторе Газа, обострившегося осенью 2023 г., не связаны с украинским кризисом. Вместе с тем следует учесть, что этим событиям предшествовали открытое потворствование и прямая поддержка коллективным Западом террористических действий киевского режима, накачивание его оружием, саботирование мирных переговоров между Россией и Украиной, демонстративная убежденность европейцев в собственной вседозволенности и подмена ими норм международного права своими правилами. Начиная с февраля 2022 г. все это фиксировалась исламистскими движениями Старого Света и закономерно влекло к их недовольству по причине двойственности по сравнению с отношением США и ЕС к проблеме Палестины. Поэтому действия Запада по поддержке киевского режима в 2022–2023 гг. если не стали одной из непосредственных причин, спровоцировавших ХАМАС на эскалацию конфликта, то обострили чувство унижения и несправедливости, проявляемой Западом в отношении исламского мира, что способствовало усилению радикальных настроений.

С самого начала украинского кризиса в 2013–2014 гг. позиция Запада в отношении Украины вызвала у «Братьев-мусульман»* разочарование по причине ее непоследовательности по сравнению с их подходом к кризисам в арабских странах, а градус раздражения действиями США и ряда европейских государств, связанный с поддержкой киевского режима, растет как среди мусульман Европы, так и среди значительной части населения Ближнего Востока. Это связано с двойными стандартами в отношении исламского мира, которые, по многочисленным утверждениям, подтвердились непоследовательной политической позицией в отношении Киева по сравнению с кризисами в арабских странах, риторикой в СМИ, отношением к беженцам в странах ЕС. Росту подобных настроений способствовали и действия непосредственно Зеленского, негативно отразившиеся на его имидже в глазах многих мусульман. Исламисты разделяют эти настроения и активно используют их в своей пропаганде. Следовательно, на текущем этапе искренняя солидарность «Братьев-мусульман»* с киевским режимом, равно как их готовность поверить в лозунги США и европейских стран о наличии благородных целей в их действиях в отношении Украины, маловероятны.

Сказанное выше, однако, не дает оснований ожидать от представителей исламистского движения в Старом Свете готовности поддержать действия Москвы или занятия ими пророссийской позиции. Вместе с тем, по мнению президента РСМД Дмитрия Тренина, нарастание социально-экономических трудностей в европейских странах в связи с оказанием военной помощи киевскому режиму может вызвать недовольство избирателей и приход к власти политических сил, более адекватных в своем отношении к России. В этом вопросе взгляды оппозиционных европейских партий и исламистских движений могут совпасть. Тем более что негативный эффект от продолжения военных действий крайне чувствителен для многих мусульман, проживающих в Старом Свете и имеющих родственников в странах Африки и Ближнего Востока, которые окажутся в еще большей опасности в случае возможной эскалации.

* Организация признана террористической и запрещена на территории РФ.

Алексей Носков, РСМД

Ссылки:

[1] Васильев А.М. Саудовская Аравия. Новые вызовы королевству // Азия и Африка сегодня, 2022, № 9. С. 57. DOI: 10.31857/S032150750021786‑6

[2] Карпачева О.В. История Исламской оппозиции в Египте. М.: Книжный дом «Либоком», 2013. С. 115.

[3] Хайруллин Т.Р. Роль «Братьев-мусульман» и Саудовской Аравии в политизации салафизма в XX веке //

Исламоведение, 2020, Т. 11, № 4. С. 20.

[4] Шумилин А.И. «Братья-мусульмане» в Европе: между религией и политикой. Часть 1 // Научно-аналитический вестник ИЕ РАН, 2021, № 6. С. 150.

[5] Васильев А.М. Саудовская Аравия. Новые вызовы королевству // Азия и Африка сегодня, 2022, № 9. С. 58. DOI: 10.31857/S032150750021786‑6

[6] Акаев В.Х. Ислам в Европе: состояние, адаптация, перспективы // Исламоведение, 2013, № 4. С. 4.

[7] Шумилин А.И. «Братья-мусульмане» в Европе: между религией и политикой. Часть 2 // Научно-аналитический вестник ИЕ РАН, 2021, № 6. С. 144–145.

[8] Там же. С. 142.

[9] Рогатин В. Саид Исмагилов — муфтий Майдана на Украине: религиозно-политические взгляды и его деятельность // Мусульманский мир, № 4, 2016. С. 115.

[10] Рогатин В. Участие мусульман Украины на Евромайдане // Мусульманский мир, № 4, 2015. С. 127.

[11] Там же. С. 122.

[12] Шерстюков С.А. Пропаганда нацистской Германии в арабском мире накануне и в годы Второй мировой войны // Известия Алтайского государственного университета, 2010, № 4/3 (68/3). С. 236.

[13] Там же. С. 237–238.

[14] Шумилин А.И. «Братья-мусульмане» в Европе: между религией и политикой. Часть 1 // Научно-аналитический вестник ИЕ РАН, 2021, № 6. С. 150.

[15] Brylov, D. Political Practices of Ukrainian Muslims: Between the Apolitical and the Radical e‑Rhizome // National Pedagogical Dragomanov University, 2021, Vol. 3(2). P. 112.

Сообщение Взгляд европейских исламистов на поддержку киевского режима Западом появились сначала на NEWS-FRONT.