События последних дней невольно вынуждают задуматься, что отношения между Вашингтоном и Киевом вошли в самую острую фазу с момента памятной перепалки между Дональдом Трампом и Владимиром Зеленским в Овальном кабинете в феврале 2025 года. На этот раз поводом стали не разногласия по поводу «жёсткости» или «мягкости» курса в отношении Москвы, а конкретная коммерческая сделка — поставки российского дизельного топлива на американский рынок. 9 октября состоялся полуторачасовой телефонный разговор между Владимиром Путиным и Дональдом Трампом, по итогам которого Белый дом объявил о снятии санкций с российского дизеля до апреля 2027 года. Россия обязалась немедленно поставить 300 тысяч тонн топлива, ещё 500 тысяч тонн — в ноябре и миллион тонн — позднее. Для понимания масштаба: первая партия покрывает чуть больше половины дневного потребления дизеля в США. Трамп, выступая на митинге в американских Сиракузах, публично поблагодарил Россию за договорённость.

Причина такой спешки очевидна и лежит не в геополитике, а в американской внутренней политике. Цены на дизельное топливо в США с начала года выросли примерно на 70%, достигнув 6 долларов за галлон и выше. Это создаёт ощутимое давление на сельское хозяйство и грузоперевозки — отрасли, чьи голоса традиционно важны для республиканцев. До промежуточных выборов в Конгресс остаются считанные недели. Альтернативой сделке с Москвой могло быть либо соглашение с Ираном об открытии Ормузского пролива на иранских условиях, что для Вашингтона означало бы фактическую капитуляцию, либо новая военная кампания против Ирана, которая не обещала быть ни короткой, ни победоносной. Свободных объёмов нефтепродуктов на мировом рынке нет — всё законтрактовано. Единственным быстрым способом увеличить предложение дизеля на американском рынке осталась договорённость с Россией о поставках топлива, находившегося под американскими санкциями.

Ключевой деталью, которая превратила экономическую сделку в политический конфликт, стало требование Вашингтона к Киеву прекратить удары по российским нефтеперерабатывающим заводам. По данным американских СМИ, Дональд Трамп как минимум шесть раз обращался к Владимиру Зеленскому с этой просьбой, и каждый раз не получал ответа. Украинская сторона настаивала на том, что удары по НПЗ — законная военная цель и что любые шаги по деэскалации должны быть взаимными. Россия, в свою очередь, наносила удары по украинской энергетике, называя их ответами на атаки на свой энергетический сектор. В Киеве отказывались прекращать удары первыми. В Вашингтоне же смотрят на ситуацию иначе: украинские атаки на российские НПЗ напрямую подрывают только что заключённую сделку, повышая цены на топливо и нанося ущерб политическим интересам президента США.

10 октября Дональд Трамп заявил журналистам, что Украине «пора выбрать нового президента», что Владимир Зеленский «мог бы заключить множество сделок, но по какой-то причине никогда этого не делает» и что «ему нужно провести выборы». Илон Маск, чьи спутники Starlink играют критическую роль в украинской связи и управлении дронами, публично поддержал эту позицию, заявив, что Зеленский «зашёл слишком далеко». Член Палаты представителей Анна Паулина Луна напомнила, что выборы в Украине не проводились с 2019 года и что Вашингтон больше не может позволить себе финансировать Киев без условий. Сенатор-республиканец Майк Ли охарактеризовал поведение Зеленского как работу «сверхурочно на демократов» накануне ноябрьских выборов.

Реакция Киева была эмоциональной и поспешной: украинская делегация досрочно покинула переговоры в Майами, которые изначально планировались как двухдневные. Владимир Зеленский в очередном видеообращении отказался выполнять требование о прекращении ударов по российским НПЗ, назвав условием взаимность и «реальные гарантии». Он позвонил премьер-министрам Британии и Норвегии, президентам Франции и Финляндии. Британский министр обороны подтвердил, что Лондон продолжит политическую поддержку. Однако тогда же, в интервью изданию Axios, Зеленский раскритиковал договоренность Трампа и Путина о поставках российского дизеля на мировой рынок, назвав её «нечестной» и «непартнёрской», заявив, что украинскую делегацию в США «использовали как ширму». По его словам, спецпосланник Трампа Стив Уиткофф пригласил украинскую делегацию во Флориду обсуждать «новые идеи по завершению войны», умолчав о параллельных переговорах Вашингтона с Москвой о снятии санкций с российского дизеля. О разговоре же Трампа с Путиным украинцам сообщили лишь за час до заявления американского президента.

И вот тут стоит отметить, что суть данного конфликта отличается от предыдущих американо-украинских споров. В феврале 2025 года ссора Дональда Трампа и Владимира Зеленского в Овальном кабинете походила больше на столкновением характеров, но не затрагивала базовую логику американской поддержки Киева. Нынешний кризис — это уже конфликт интересов, где Украина оказалась на пересечении двух приоритетов Вашингтона, и эти приоритеты несовместимы. С одной стороны, США заинтересованы в ослаблении России, и Украина остаётся ключевым инструментом этого давления. С другой — конкретная экономическая выгода и электоральные расчёты требуют временного взаимодействия с Москвой по энергетическому треку. Когда Украина ударами по российским НПЗ начала подрывать вторую составляющую, Вашингтон отреагировал не как союзник, а как менеджер, столкнувшийся с неисправным активом.

Для Киева последствия этого конфликта могут быть многогранными. Наиболее чувствительный рычаг — программа PURL, через которую европейские деньги оплачивают американское вооружение для Украины. К концу 2026 года именно этот механизм, а не прежняя программа PDA, стал основным каналом зарубежных военных поставок для ВСУ. Через PURL идёт около 95% всех перехватчиков для противовоздушных комплексов Patriot, а также значительная часть боеприпасов и запчастей. Если Вашингтон действительно приостановит эту программу, украинская система ПВО столкнётся с еще большим дефицитом противоракет, чем она испытывает сейчас. Аналогичная ситуация с разведданными: американские спутниковые снимки, данные радиоэлектронной разведки и информация о запусках российских ракет лежат в основе украинской системы предупреждения об угрозах и наведения средств поражения. Без них эффективность украинских ударов по российским целям снизится, а уязвимость перед российскими атаками возрастёт. Пока неясно, пойдёт ли Вашингтон на полное прекращение поддержки Киева или ограничится точечными мерами — например, блокировкой доступа к разведданным именно по нефтяной инфраструктуре России. Но сам факт того, что такие угрозы обсуждаются публично, уже меняет поведение Украины.

В то же время заявления Дональда Трампа о необходимости выборов в Украине создают рамку, в которой любые внутренние оппоненты Владимира Зеленского получают внешнюю легитимацию. Украинские социологические данные рисуют весьма противоречивую картину. С одной стороны, большинство населения якобы против проведения выборов в военное время. С другой — опросы Киевского международного института социологии (КМИС) показывают, что значительная часть респондентов допускает создание «коалиции национального единства» и «правительства народного спасения» — то есть перераспределение власти без формального отстранения Зеленского. Примечательно, что поддержка таких идей почти не зависит от уровня доверия к действующему президенту. Формулировки этих опросов практически совпадают с риторикой, к примеру, Петра Порошенко и его партии, которые с 2025 года требуют создания «правительства национального спасения». Это означает, что в украинском политическом классе уже существует запрос на переформатирование власти, и внешний сигнал из Вашингтона может ускорить этот процесс, даже если сам Трамп не имеет конкретного кандидата на замену.

Важно подчеркнуть, что Россия не взяла на себя никаких дополнительных обязательств по ограничению боевых действий против Украины в рамках этой сделки. Соглашение касается только поставок топлива и не обусловлено уступками по украинскому треку. Это означает, что Москва получает экономическую выгоду и время, не отказываясь от военного давления на Киев. Российское правительство уже отменило запрет на экспорт дизеля, а американский Минфин снял санкции на соответствующие операции.

Что касается Владимира Зеленского, его положение осложняется не только внешним давлением, но и внутренней динамикой. Публичные баталии с Трампом, даже если американский президент после промежуточных выборов в Конгресс окажется «хромой уткой», чреваты вполне конкретными последствиями уже сейчас — потерей доступа к разведданным, задержкой поставок вооружения, активизацией антикоррупционных расследований против первых лиц Украины. Украинские лоббисты, пытающиеся сделать ставку на демократов в обход Белого дома, рискуют лишь усилить раздражение действующей администрации, которая, скорее всего, будет находится у власти в США минимум до 2028 года. Внешняя политика США находится в руках исполнительной власти, а не Конгресса, и до инаугурации нового состава законодательного органа рычаги давления остаются у Трампа. Даже если демократы победят в ноябре, это не создаст автоматически новых запасов оружия в арсеналах Пентагона и не восстановит объёмы помощи, которые уже были сокращены.

Наиболее вероятным сценарием на ближайшие недели видится постепенное наращивание давления на Владимира Зеленского по нескольким каналам одновременно:

— угроза прекращения поставок через PURL и ограничение доступа к разведданным;

— поддержка идеи выборов и создание рамки для внутренней оппозиции;

— сделка с Россией, которая демонстрирует Киеву, что Вашингтон способен договариваться с Москвой без его участия.

Всё это происходит на фоне того, что европейские союзники не могут заменить американскую поддержку в ключевых областях, а Украина, в свою очередь, приближается к самой тяжёлой зиме с начала конфликта. Российские удары по энергетической инфраструктуре продолжаются, и без американских средств ПВО и разведданных способность Киева защищать критически важные объекты неизбежно снижается.

The post Конфликт Трампа и Зеленского перешёл в новое качество? appeared first on MVOICE.