Предыдущую статью цикла об экологическом пороге мы посвятили «Пределам роста» — первому докладу Римского клуба, который был опубликован в 1972 году и стал важным элементом в пропаганде грозящей человечеству катастрофы. Мы ознакомились с содержанием доклада, который по существу представляет собой исследование компьютерной модели, разработанной американским электронщиком Джеем Форрестером. Его ученик Деннис Медоуз с коллегами выполнил на основе этой модели расчеты и представил несколько возможных сценариев мирового будущего.

Псевдонаучный характер модели и критика в ее адрес не помешали Римскому клубу использовать «Пределы роста» для широкой пропаганды угрозы грядущей катастрофы. Заинтересованные в такой пропаганде, признавая несовершенство подхода, открыто говорили, что «Пределы роста» нужны для воздействия на общество. Книга была переведена на десятки языков и издана огромным тиражом. На сайте Римского клуба «Пределы роста» названы одним из самых влиятельных текстов XX столетия. Следом за первым докладом были выпущены «За пределами роста», «Пределы роста. 30 лет спустя», «Пределы и за пределами» и другие. Однако до сих пор первый доклад остается важной составляющей ведущейся пропаганды.

В 2017 году (почти полвека спустя со времени публикации «Пределов роста») Деннис Медоуз изложил в интервью свои взгляды на состояние планеты и будущее человечества. Это интервью представляет интерес, потому что позволяет нам лучше понять позицию автора, в ретроспективе взглянуть на «Пределы роста» и неявно заложенные в них идеи. Ведь одно дело «читать между строк» и давать интерпретации, другое — когда автор заявляет взгляды прямо. Ознакомимся с основными тезисами из интервью и прокомментируем их.

В начале интервью Медоуз изложил базовые принципы модели Форрестера и «Пределов роста». Кратко их можно резюмировать так: экспоненциальный рост на планете с ограниченными ресурсами неизбежно приведет к возникновению глобальных проблем. Мысль не нова: если исходить из того, что количество ресурсов ограничено, то рост их потребления рано или поздно превысит ограничения — построенная на этих основаниях модель не может показать ничего другого. Предложенная Медоузом стратегия в том, чтобы уменьшить потребление ресурсов через остановку роста: «Либо вы должны остановить его сами, либо он будет остановлен глобальными проблемами». Остановить рост необходимо как можно быстрее, потому что «чем раньше вы это сделаете, тем больше возможностей будет существовать в дальнейшем». А если человек не захочет останавливаться — его остановит объективная необходимость, так как проблемы будут нарастать. «Рост обязательно остановится, и вопрос лишь в том, какие именно будут эти проблемы», — утверждает Медоуз.

Мальтузианцы ратовали за подобную «остановку» во все времена. Еще в конце XVIII века, когда Мальтус писал свой «Опыт о законе народонаселения» и на Земле жило в восемь раз меньше людей, чем сегодня, мальтузианцы пугали современников неизбежной катастрофой и хотели избавляться от «лишних ртов».

Но такая логика работает, только если остановлено развитие, позволяющее расширять ресурсную базу — создавать новые ресурсы, находить ресурсы-заменители и т. п. Модель Форрестера построена на предположении, что ресурсы ограничены и незаменимы, а в реальной жизни такая замена происходит. Вспомним в связи с этим про пари основателя движения за нулевой прирост населения планеты (Zero Population Growth) Пола Эрлиха и экономиста Джулиана Саймона: неомальтузианца попросили назвать ресурсы, которые за десять лет из-за перенаселенности планеты и вызванного этим дефицита ресурсов поднимутся в цене. Эрлих выбрал пять ресурсов и ошибся во всех пяти случаях, потому что всем указанным им ресурсам была найдена технологичная замена.

Это справедливо и в крупных масштабах: история человечества наполнена тем, как Homo Sapiens раздвигал мешающие ему пределы. Дикая природа не обеспечивает стабильно потребности в пище? Человек приручает животных и научается возделывать поля, совершая «неолитическую революцию» (а не сокращает население в расчете на то, сколько сможет прокормиться охотой и собирательством). Эпидемии выкашивают города? Человек изобретает вакцины и антибиотики (а не отказывается от городов, за что горячо ратуют некоторые современные «экологисты»). Ископаемое топливо не обеспечивает потребности в энергии? Человек открывает энергию атома. И т. д. и т. п. Путь развития — это историческая траектория Homo Sapiens, и об этом пути говорят выдающиеся ученые. Владимир Вернадский, создавший в СССР базу для реализации советского атомного проекта, был убежден, что открытие атомной энергии решит энергетические проблемы человечества. Рассуждая о нехватке ресурсов, он утверждал, что очень скоро Homo Sapiens научится получать пищу без посредства других видов (например, напрямую преобразуя энергию Солнца) и станет первым социально-автотрофным видом на планете. Подчеркнем, Вернадский не предлагал срезать население планеты (останавливать рост), он прорабатывал научно и практически возможности снятия мешающих человеку ограничений (через развитие науки, общества и др.).

А если закрыть человеку путь к развитию, запретить трансформацию мира и себя, тогда Homo Sapiens рано или поздно столкнется с фатальным вызовом. Будет ли это катастрофическое извержение вулкана, падение метеорита, мутировавший вирус, угасающее Солнце и т. д. Столкновение с подобным вызовом — вопрос времени. Спасение Homo Sapiens не в том, чтобы «сворачиваться», а в том, чтобы становиться сравнимой с природными и более мощной силой — это утверждал Вернадский, рассуждая о превращении человека в крупнейшую геологическую силу на планете и наступлении эпохи ноосферы. Модель Форрестера и расчеты Медоуза основаны на идее отказа от развития. Их стратегия не в том, чтобы снять ограничения через развитие, а в том, чтобы вписаться в ограничения через остановку роста. Стратегически это неизбежно приведет человечество к краху.

Медоуз в интервью утверждает, что в ситуация на Земле разворачивается в соответствии с описанным в «Пределах роста» сценарием коллапса. Дескать, человечество не остановилось и теперь сталкивается с нарастающими глобальными проблемами. «Боже мой, посмотрите вокруг. Если это не коллапс, то как это назвать? Уровень жизни многих людей падает. Климат меняется в направлении, которое угрожает существованию этой страны. Президентские выборы в США проводятся между двумя самыми ужасными людьми, которых я когда-либо видел в общественной жизни. Нефтяные компании отчаянно спешат выкачать последнюю нефть из земли, ничего не оставляя будущему. Если это не коллапс — или как это назвать, если не коллапсом? Мы находимся в периоде коллапса, который будет усиливаться», — заявил Медоуз.

Утверждения, что «пессимистичный сценарий» из «Пределов роста» сбывается с высокой точностью, сегодня можно услышать нередко. Но если вдуматься, то это очередная манипуляция. Параметры в модели выбраны так, что об их «точности» говорить бессмысленно: абстрактными «природными ресурсами» и «уровнями загрязнения» можно манипулировать как угодно. В самом деле, если все природные ресурсы в модели обозначены одной переменной, то есть смешаны в одну кучу живое и неживое, возобновимое и невозобновимое, измеряемое в литрах, в метрах, в тоннах и т. д. — как и что тут можно измерять? И о какой «точности» можно говорить?! А там, где параметры позволяют выполнить проверку — никакой точности нет и близко. Один из пяти параметров модели — численность населения, ее ежегодно оценивают и есть возможность сравнить реальность с прогнозом из «Пределов роста». И что же показывает проверка? Население планеты в 2026 году оценивается, по данным ООН, в 8,3 млрд. человек, а модель прогнозировала 5,99 млрд. — реальность отличается от прогноза на 38%, то есть никакой точности и близко нет!

В целом подход Форрестера и Медоуза подобен попытке оценивать здоровье по средней температуре в больнице — можно сколько угодно восхищаться «точностью» комнатного градусника, но его показания не имеют никакого отношения к состоянию пациентов в палате. Комнатный градусник не может заменить необходимые для диагностики анализы (кардиограмму, анализ крови и т. д.). На качественные недостатки «градусника Форрестера» указывал академик Моисеев, отметив, что реальные процессы моделировать «бесконечно сложнее и труднее, чем это представлялось авторам работ по моделированию с использованием форрестеровской техники». Таким образом, заявления о «пугающей точности» прогноза катастрофы, которую показывает «форрестовский градусник», просто манипуляция.

В характерном для мальтузианцев ключе Медоуз называет одним из главных факторов грядущего коллапса рост численности населения планеты. И в связи с этим замечает, что вопрос рождаемости «осложнен» культурой и религиозными взглядами, которые якобы вынуждают женщин рожать детей больше, чем они хотят. «Но я знаю из своих исследований, что можно добиться значительного прогресса в этом вопросе, просто пытаясь создать условия, при которых женщины, в основном, могут иметь столько детей, сколько захотят», — утверждает Медоуз. Идея искоренения традиционной нравственности не оригинальна — еще современники Мальтуса ратовали за насаждение «низшим» классам «морали свиней», которая по их задумке должна была помешать беднякам заводить детей. Медоуз осторожно повторяет эту идею на свой лад: мол, если культура и религия подразумевает семью с детьми, надо «освободить» женщин от обременения культуры и религии, чтобы они могли делать то, что якобы хотят на самом деле. Тут надо бы добавить, что на место «неправильной» культуры сторонники сокращения Homo Sapiens вставят «правильную» пропаганду бездетных браков, отказа от семьи и т. п. А более продвинутые и всерьез занимаются тем, как манипулировать желаниями человека в современном мире (например, через соцсети — см. статью про «медиаторов желаний»).

Медоуз выразил сожаление, что люди действуют недостаточно активно под действием его пропаганды, и что это связано с тем, что у людей якобы нет достаточного «научного понимания» проблемы. В связи с этим напомним, что подробно изучивший модель Форрестера и расчеты Медоуза советский академик Никита Моисеев заключил, что модель не имеет отношения к науке, так как «большинство используемых зависимостей брались с потолка и не выдерживали даже благожелательной критики», а инженеру-электронщику Форрестеру уровень настоящей математики и физики «был просто недоступен». Расчеты Медоуза советский академик назвал пригодными разве что в качестве демонстрации для студентов. Вердикт академика — категорически отказать «Пределам роста» в научности! А теперь мы слышим, как Медоуз сетует на то, что у людей недостаточно научного понимания, чтобы принять псевдонаучную пропаганду и следовать соответствующим рецептам!

А рецепты, которые по мнению Медоуза придется принять, должны быть довольно радикальными. «Это будет большая революция, которая заставит компании и правительства действительно придавать значение долгосрочной перспективе», — утверждает Медоуз. Как же заставить людей принять радикальные меры? Особенно когда пропаганда оказывается недостаточно убедительной? Если люди не хотят поддаваться пропаганде, значит, по мысли Медоуза, нужно их заставить через диктатуру! «Планета может прокормить около миллиарда человек, может быть, два миллиарда, в зависимости от того, сколько свободы и сколько материального потребления вы хотите иметь. Если вы хотите больше свободы и больше потребления, вам нужно меньше людей, и наоборот, вы можете иметь больше людей. Я имею в виду, что у нас может быть даже восемь или девять миллиардов, вероятно, если у нас будет очень сильная диктатура, разумная», — заявил автор «Пределов роста». При этом Медоуз предусмотрительно добавил, что «к сожалению, умных диктатур никогда не бывает, они всегда глупы».

Давайте разберем это замечательное утверждение. Людям предлагается выбрать: или сохранить «свободу», тогда нужно срезать 7/8 населения планеты, или сохранить людей, но отказаться от свободы и получить взамен «умную жесткую диктатуру», которая заставит снизить уровень жизни. При этом (важно!) Медоуз считает, что никакие меры уже не смогут предотвратить катастрофы. «Я имею в виду, я не знаю, что это будет, но так или иначе, мы так далеко зашли, мы так далеко превысили уровни населения и потребления, которые может поддерживать эта планета, что я знаю, так или иначе, это вернется к прежнему уровню».

Сложим эти две мысли. Если катастрофа неизбежна, почему понимающая это «умная» диктатура должна заботиться о сохранении обреченного населения, а не захочет это лишнее население зачистить сама, уменьшив последствия катастрофы? Фантастика? Полно! Эту мысль некоторые коллеги Медоуза проговаривают прямо: катастрофа неизбежна, она уже вовсю разворачивается, и не нужно пытаться ее избежать, нужно ее правильно организовать, тогда есть шанс эту катастрофу пройти с минимальными потерями, иначе могут погибнуть все. Эти коллеги не сомневаются, что «умная» диктатура должна заниматься организацией зачистки населения планеты.

А кто будет зачищать и на каких основаниях? Человечество уже видело такую жесткую диктатуру в виде Третьего рейха с его машиной по уничтожению людей в промышленных масштабах. Эта диктатура оказалась достаточно умна, чтобы захватить почти весь мир. Ее удалось остановить ценой большой крови, которую в основном заплатил СССР. А теперь под псевдонаучную пропаганду неизбежности катастрофы человечеству навязывается рецепт «спасения» в виде Четвертого рейха?

Почему об этом нельзя было сказать в 1972 году? Потому что еще был силен СССР с его гуманистическим подходом, и про «умную жесткую диктатуру» говорить было запрещено? А после краха СССР и торжества регресса стало можно? И поэтому в интервью встречаются подобные «откровения»?

По моему глубокому убеждению, человечество подошло к развилке, на которой решается будущее Homo Sapiens. И нет никаких гарантий благополучного прохода через эту развилку. Какие-то шансы могут появиться, если человек полноценно осмыслит ситуацию, в которой оказался и выработает адекватные вызовам ответы. Нельзя такое жизненно необходимое полноценное осмысление вопросов, от которых зависит судьба Homo Sapiens, подменять псевдонаучной пропагандой и рецептами в духе «Пределов роста» — это гарантированный путь в тупик. Который, очень может быть, и навязывается именно теми, кто хочет расправы над Homo Sapiens?

На этом закончим разбор тезисов из интервью Денниса Медоуза и вернемся к теме экологического порога.