12 июня вступает в силу новый Миграционный пакт Евросоюза, ужесточающий политику в этой сфере. Среди его целей — снять остроту одной из главных проблем ЕС ради противостояния с Россией. Однако в полной мере это вряд ли удастся, потому что многие ключевые аспекты миграционного вопроса новый документ привычно обходит стороной

Фото: TASS/AP/Pavel Golovkin

Идея пакта появилась после того, как в 2014–2017 годах Евросоюз пережил масштабный миграционный кризис. Тогда из стран Ближнего Востока, Южной Азии и Африки в Старый Свет прибыли до 3 млн человек. Новостные сводки из Европы постоянно пестрели сообщениями о крупных терактах с ярко выраженным «миграционным» следом. А количество таких преступлений, как изнасилования, домогательства, вооруженные ограбления, в какой-то момент вообще перестало поддаваться подсчету.

Вопрос попытались решить с помощью перераспределения мигрантов по 26 странам объединения (кроме Дании, имеющей право на исключения из общей политики ЕС), однако Венгрия, Польша и Чехия категорически отказались принимать кого-либо. Их напугали возможные издержки в виде терактов и образования мигрантских гетто, ради чего они даже нарушили свои обязательства по членству в ЕС. В итоге суд Евросоюза в Люксембурге велел их оштрафовать, но закрыть тему не вышло.

В дальнейшем речь зашла о принятии нового масштабного документа по миграции, который бы учитывал текущую обстановку. Во многом необходимость в нем назрела на фоне того, что правые антииммигрантские партии стремительно набирали очки, а системные консерваторы и даже социал-демократы с либералами вынуждены были «праветь», чтобы не потерять голоса. В итоге 10 документов, которые и вошли в пакт, приняли 14 мая 2024 года с отсрочкой вступления в силу на два года. Против были Венгрия и Польша, но их голосов для блокировки не хватило.

Венгров и поляков, а теперь еще Чехию, Словакию и Словению, не устраивает главное условие пакта. Отныне все страны Евросоюза должны участвовать в распределении беженцев пропорционально численности населения и размерам ВВП. Нежелающие принимать мигрантов могут откупиться — по €20 тыс. за каждого непринятого беженца. Если учесть, что принимать придется минимум сотни тысяч, сумма набежит круглая. Потому недовольство пяти стран Центральной Европы вполне понять можно.

С другой стороны, есть государства, в которых количество мигрантов просто зашкаливает. Среди них Греция, Испания и Италия, куда приплывают беженцы из Африки. Или Германия, Франция, Бельгия, Нидерланды и Швеция, куда они так стремятся попасть из-за хороших пособий и наличия в них родственников. И именно в них имеются наиболее крупные мигрантские гетто, куда даже днем полиция предпочитает не заходить. В итоге мнение двух этих категорий стран перевесило — да и вряд ли могло быть иначе, учитывая расклад сил внутри ЕС.

Некоторые положения должны напрячь страны вроде Украины, Грузии или Северной Македонии. Если мигрант прибыл в ЕС через их территорию — их могут вернуть туда. Отныне все государства, желающие вступить в Евросоюз, должны понимать, что распределение мигрантов их тоже затронет. Но в категорию «безопасная третья страна» с еще большей вероятностью попадут Турция, Марокко и Тунис, через которые в Европу и идет основной поток нелегалов. Следовательно, приезжих и приплывших постараются выдворить туда.

Строже станут смотреть и на страну происхождения мигрантов. Три вышеобозначенных государства плюс страны вроде Индии, Индонезии, Бангладеш и Египта могут посчитать достаточно безопасными. Кроме того, длящуюся годами благодаря судебной волоките высылку мигрантов упростят — тех, кому не дали добро на въезд в ЕС, выдворят без всякого суда. Контроль на внешних границах предполагается усилить. Наконец, усложнится процедура «воссоединения семей», благодаря которой в Европе уже осели миллионы мигрантов.

Имеет ли эта история отношение к России? Безусловно. И не только потому, что наши миграционные проблемы отчасти сходны с европейскими. И не потому, что какая-то часть нелегалов может использовать для проникновения в ЕС и нашу страну. Наконец, не потому, что наиболее отмороженные русофобы пытаются выставить Россию как зачинщика и главного бенефициара тех миграционных трудностей, с которыми Евросоюз годами не может справиться. Речь здесь и о текущей большой геополитике.

Евросоюз особо не скрывает, что готовится к войне с Россией. Но для того, чтобы вести боевые действия, нужно обезопасить тыл на случай такой войны. Мигранты могут быть недовольны призывом в армию, сокращением социальных выплат и другими тяготами военного времени — в конце концов, многие из них относятся к странам своего пребывания весьма прохладно. А когда их станет слишком много, про войну можно будет забыть, потому что все заботы будут о тыле. Примерно как на пике миграционного кризиса десятилетней давности.

Есть здесь и такой момент. Большинство из набирающих популярность правых евроскептиков ругают не только миграционную политику, но и помощь Украине. Потому здесь все выглядит таким образом. Антииммигрантским силам идут на уступки по главному для них вопросу, касающемуся безопасности повседневной жизни. Но взамен они должны снять возражения по поводу вооружения Киева и противостояния с Россией. Так что нам восторги по поводу Миграционного пакта стоит оставить сразу.

Однако в документе имеются явные изъяны и пробелы. Например, «воссоединение семей» никто не отменял, вследствие чего по поддельным документам в Старом Свете по-прежнему будут оседать двоюродные или троюродные братья уже натурализованных мигрантов. А преимущество при получении убежища получат граждане таких стран, как Афганистан, Сомали или Судан, мигранты из которых доставляют полиции и спецслужбам европейских государств наибольшие хлопоты. Хотя, по логике, ставить препоны надо прежде всего им.

Но главный пробел — отсутствие даже намека на решение вопроса иммигрантских гетто. А между тем основные проблемы жителям стран ЕС доставляют именно неблагополучные районы крупных городов, превратившиеся в рассадники радикального исламизма и бытовой преступности. Значительная часть их обитателей не просто родилась в Европе, а живет в ней уже в третьем поколении. И именно они, а не новоприбывшие мигранты, в наибольшей степени склонны вступать в ряды террористических структур.

При всех колоссальных издержках миграционного кризиса 2014–2017 годов большинство громких терактов того времени вроде парижского «Батаклана», взрывов в Брюсселе или наезда на людей в Барселоне совершили именно иммигранты в третьем поколении. Те самые обитатели гетто, которые стали европейцами только по паспорту. но никак не по духу. И пока в ЕС не приступят к решению данной проблемы, ни о каких существенных подвижках в решении миграционного вопроса не может быть и речи.

Потому относительно отвлекающего от России фактора мы можем быть сравнительно спокойны. Миграционная тема с европейской повестки дня никуда не уйдет. Максимум, что позволит сделать новый пакт, — сократить потоки новых мигрантов и выслать некоторое количество приезжих, не получивших вид на жительство. В корне наболевший вопрос он не решит — дело ограничится полумерами.

Вадим Трухачев, газета «Известия»

Сообщение Почему новый Миграционный пакт ЕС не решает основных проблем на континенте и есть ли у него привязка к РФ появились сначала на NEWS-FRONT.