Свежий релиз Call of Duty: Modern Warfare 4 взорвал медиаполе: игроки и профильные критики единодушно называют сюжетную кампанию одной из лучших за всю историю серии

Источник фото: соцсети

Главный антагонист игры — теневой русский оперативник под позывным «Лучник»/»Арчер», блестяще сыгранный Мадсом Миккельсеном, — за считанные дни превратился в объект фанатского обожания и героя мемов.

Типаж русского врага на западном экране стар, как пыль в архивах Пентагона, однако важен не сам типаж, а интонация, с которой его презентуют. Потому что сейчас впервые со времен противостояния Рокки Бальбоа и безжалостного Ивана Драго индустрия развлечений сместила логическое ударение в слове «русофобия» на вторую половину термина — никакой брезгливости или презрения, только чистый ужас.

Но когда и почему произошел этот сдвиг?

Истоки страха

Девяностые и нулевые годы кормили западного зрителя фигурами совсем другого калибра: по экранам бродили карикатурные дегенераты в ушанках, вроде Льва Андропова из фильма «Армагеддон», чинившего бортовой компьютер космической станции ударами разводного ключа. Русский рисовался жалким, диким и опасным исключительно своей бесхозной ядерной кнопкой.

Но рано или поздно вспоминается базовый закон драматургии: твоя история настолько хороша, насколько хорош ее конфликт, а конфликт хорош настолько, насколько хорош злодей. И все это должно быть убедительно, хоть как-то резонировать с тем, что ты видишь за окном и в лентах новостей. А значит, чтобы победа условного Джеймса Бонда или капитана Джона Прайса была правдоподобной, она должна отражать действительность, а злодей не должен быть мальчиком для битья.

Две декады после крушения СССР Россия провела в статусе геополитического банкрота: суверенитет разменивали на кредитные транши МВФ, государственные институты трещали по швам. При этом советский ракетно-ядерный щит никуда не исчез, создав некий диссонанс между фактической немощью системы и тысячами стратегических боеголовок на дежурстве. Западная индустрия развлечений реагировала на этот перекос с неприкрытым высокомерием: штамповала дегенератов в папахах и бандитов в спортивных костюмах. Вашингтон презирал поверженного колосса.

Иллюзия окончательно лопнула весной 2014 года в Крыму. Вместо пьяниц в ушанках и спортивках на экраны шагнули «вежливые люди» — безмолвные профессионалы в передовой экипировке без знаков отличия, переписавшие границы за считанные дни без единого выстрела. Запылал Донбасс, развернулась высокоточная экспедиционная кампания в Сирии, а по африканскому Сахелю прокатилась волна контрактов с российскими консультантами и «музыкантами», методично вытеснявшими старые метрополии из Сахеля.

Старый миф об оборванце с разводным ключом сгорел в лентах новостей. Освободившееся место занял вездесущий призрак с самым страшным качеством: абсолютным профессионализмом.

В этом плане франшиза Call of Duty нам наиболее интересна, как такой камертон западной повестки. Первый серьезный сбой пропагандистской машины случился осенью 2019 года при перезапуске линейки Call of Duty: Modern Warfare. Сценарная группа явно получила установку нарисовать российских военных исчадиями ада.

Кульминацией этой методички задумывалась интерактивная сцена в жилом доме: маленькие дети прячутся от безымянного солдата с позывным Ж‑12. Игрока заставили дрожащими руками детей наносить исподтишка удары отверткой и ножницами по громиле в тельняшке и противогазе. Сценаристы всерьез рассчитывали вызвать у глобальной аудитории волну праведного гнева и слезливого сочувствия.

Но интернет решил иначе: Ж‑12 стал… народным героем. Его образ разлетелся на мемы, и это, по сути, единственное, что помнят от той части Call of Duty: безжалостный русский терминатор, которого удалось победить только силой сценария.

Идеологический тупик

Затем вышла Call of Duty: Black Ops Cold War, и здесь авторы окончательно расписались в собственном моральном банкротстве. Главной угрозой западной демократии объявили фантомного советского шпиона Персея. И здесь уже не было кровожадности Ж‑12: Персей — абсолютный профессионал своего дела, и это его главная характеристика.

Вся сюжетная линия строилась вокруг агента Рассела Адлера, который ломал психику главному герою по методикам программы MK-Ultra, накачивал его психоделиками и вшивал ложные воспоминания ради «спасения свободного мира». А когда завеса лжи спадала, перед игроком возникал Персей, спокойно констатирующий: «Соединенные Штаты и их союзники медленно пожирают то, что нам дорого».

В финале сценаристы предоставили аудитории моральный выбор, обернувшийся публичной катастрофой для американского нарратива. Игроки сотнями тысяч сознательно выбирали сторону Персея, без колебаний ликвидировали бывших кураторов из Лэнгли и активировали ядерные заряды «Гринлайт», тайно заложенные американцами под крупнейшими европейскими столицами. Симпатии аудитории ушли Советскому Союзу и русскому злодею — не из ностальгии по кумачу, а из отвращения к лицемерию апологетов «свободного мира».

Пока разработчики шутеров путались в собственных этических силках, стриминговые гиганты начали проецировать на экран чистый лавкрафтовский кошмар. В третьем сезоне флагманского хита Netflix «Очень странные дела» советское военное присутствие материализовалось в самом сердце провинциальной Индианы времен правления Рональда Рейгана.

Здесь творился откровенный сюр: советские специалисты возвели колоссальную подземную цитадель прямо под храмом американского консьюмеризма — торговым центром Starcourt Mall. Сотни вооруженных бойцов, тяжелая техника, гигантские лифты и квантовые установки беспрепятственно функционировали под ногами жующих попкорн подростков.

Русское присутствие обрело черты потусторонней хтони, а русские ученые и технологии оказались способны пробить ткань самого мироздания. Американцам снова пришлось превозмочь, вознеся молитвы богам сценария.

Британский телевизионный цех шагнул еще дальше в сериале «Медленные лошади» от Apple TV+. То, как постановщики показали столкновение советских спящих разведчиков и их наследников из ГРУ с хваленой МИ‑5, выглядит осознанным глумлением над британской короной. Центральный аппарат безопасности в Риджентс-парке изображен сборищем мелочных карьеристов, погрязших в медийных войнах, выбивании бюджетных траншей и подсиживании собственного начальства, а единственный компетентный шпион старой школы отправлен в ссылку за неудобство для начальства.

Им противостоят ветераны КГБ и ГРУ, свободные от аппаратной возни, для них британская разведка — скот на бойне или груши для битья. На всем протяжении сериала из шести сезонов ни одного российского шпиона главные герои не могут одолеть в честном противостоянии. ГРУ оставляет после себя горы трупов «элитных» агентов МИ‑5, и это выглядит почти как месседж: пока на Западе спорят о политкорректности, на Востоке люди просто делают свою работу.

Финальной точкой трансформации стал свежий релиз Call of Duty: Modern Warfare 4, где сценаристы вывели на сцену русского разведчика с позывным «Лучник», мастерски воплощенного датским актером Мадсом Миккельсеном.

Лучник предстает гроссмейстером, способным дирижировать мировыми кризисами. Его цель — стравить Сеул и Пхеньян, разжечь новый пожар в другой точке мировой карты, чтобы связать руки Вашингтону, растянуть логистику блока НАТО и стравить между собой западные секретные службы. И его план по большинству пунктов срабатывает. Более того, легендарная Task Force 141 фактически уничтожена: практически все, включая капитана Прайса, мертвы, а Лучник перед собственной гибелью намекает, что события в Корее были лишь испытаниями перед более глобальным кризисом. И, судя по всему, испытаниями успешными.

Здесь кроется ключевой сценарный тупик. Наделив антагониста сверхъестественным интеллектом, железной волей и безупречной оперативной подготовкой, авторы лишают собственных протагонистов шанса на честную победу. В рамках выстроенных сюжетов западные спецслужбы не способны переиграть противника ни тактически, ни морально.

Финал неизменно приходится вытягивать за уши с помощью грубейшего сценарного костыля: внезапной осечки пистолета, случайного предательства второстепенного подручного, вовремя подоспевшего союзника, резкого прилива силы воли или слепого самопожертвования. Поражение врага неминуемо выглядит надуманным фарсом, продиктованным исключительно требованиями заказчика на хэппи-энд, чтобы «звездно-полосатые» получили свою сатисфакцию.

Капитуляция перед мифом

Медийный аппарат Запада попал в капкан собственной пропагандистской гигантомании. Пока аналитические центры пишут отчеты о системных проблемах, о том, что у России осталось экономики на три месяца, а ракет — на три дня, массовая культура формирует в головах миллиардов потребителей диаметрально противоположный миф.

Экранный образ врага аккумулировал в себе все скрытые зависти растерянного обывателя: самостоятельность, умение свободно мыслить, компетентность, уверенность в себе и независимость от разного рода идеологов и комиссаров.

Черный пиар дал колоссальный обратный эффект. Для огромной части аудитории в странах Глобального Юга — да и для разочарованных граждан внутри самого западного контура — русский злодей выглядит не хладнокровным чудовищем, а силой, готовой сломать осточертевший однополярный порядок. Злодей, который в одиночку заставляет коллективный Запад нервно вздрагивать от каждого шороха в Сеуле или Лондоне, неизбежно стягивает на себя колоссальную долю зрительского восхищения. Что мы и видим на примере все того же Лучника — мемы с ним уже заполонили интернет.

Раздувая пламя русофобии до масштабов экзистенциального ужаса, голливудские сценаристы сделали России самую лучшую рекламу.

Никита Волкович, Украина.ру

Сообщение Как голливудские сценаристы раздули русофобию в пользу России появились сначала на NEWS-FRONT.